Читаем «Ярость богов» полностью

Впрочем, вначале все было не так уж плохо: он устроился шофером в крупную компанию, которая развозила по магазинам штата бакалейные товары. Работа временная, говорил Роберт. Надо оглядеться, прийти в себя, а там посмотрим. Но не прошло и месяца, как ночью он проснулся от собственного крика и с ужасом увидел, что он уже не в собственной постели. Он сидел, забившись в кусты под забором на заднем дворе. Его трясло, тело покрывал липкий пот, а штаны были мокрыми, как в раннем детстве. Мать прибежала, разбуженная его криками, помогла дойти до кровати, переодеться. Краем сознания он отметил, что в соседском доме зажглись окна. Роберту мучительно стыдно было перед матерью. Любопытным соседям он с кривой усмешкой сказал, что после Вьетнама у него бывают приступы малярии, – а что он должен был сказать? Что, едва закрыв глаза, опять оказался в джунглях? Что за каждым кустом ему видятся ненавидящие глаза худеньких смуглых людей? А над землей стелется вонючий туман… запах болота, смешавшийся с вонью горелого мяса – неподалеку была сожженная деревня. И деться от этого запаха некуда: он набивался в ноздри, лез в глотку, пропитывал форму. Их задачей было осмотреть подвергшуюся бомбардировке деревню и убедиться, что там нет вьетконговцев. «Какие, к черту, вьетконговцы? – злобно думал Роберт. – Никто не остался бы в таком аду, не стал бы вдыхать этот запах». Ему становилось нехорошо при мысли о том, что им предстояло увидеть в деревне. И опасения Роберта оправдались в полной мере. Не было во взводе человека, которого не выворачивало бы наизнанку при виде тел, частей тел, а тем более при виде живых. Они добили их, добили тех немногих, кто еще дышал или кричал. Так было лучше, чем оставлять их мучиться дальше – напалм не дал бы людям выжить, эти искореженные тела все равно нельзя было вылечить.