Читаем Ярость полностью

Спускаясь на стоянку отеля и вытирая пыль с ветрового стекла «ягуара», он все еще думал о ней. Поразительно, как ей совершенно без усилий удается столько лет удерживать его внимание. Ни одна женщина, кроме Тары, не была на это способна. Глупо, до чего ему с ней хорошо. Она по-прежнему может вызывать у него эротические желания и доводить до безумия, а после этого он чувствует себя на подъеме и удивительно живым – и да, ему нравится с ней спорить.

«Боже, я всю ночь не смыкал глаз, а чувствую себя, как победитель дерби [83]. Неужели я все еще влюблен в эту маленькую шлюху?»

Он повел «ягуар» по длинной, обсаженной пальмами аллее от отеля «Маунт-Вильсон». Вспоминая свое предложение руки и сердца и немедленный категорический отказ Китти, он выехал за ворота отеля и покатил по главной дороге, огибавшей старый малайский квартал Шестого района. На пустой Роленд-стрит он поборол искушение проехать на красный свет. Почти невозможно в такой час встретить здесь другую машину, но он законопослушно затормозил и очень удивился, когда из узкой поперечной улицы показался другой автомобиль и повернул перед его капотом.

Это был многоместный «шевроле» цвета морской волны, и Шасе не понадобилось смотреть на номер, чтобы узнать машину Тары. Фары «ягуара» осветили салон «шевроле», и на мгновение Шаса ясно увидел водителя. Это был новый шофер Тары. Он дважды видел его раньше, один раз в Вельтевредене и один раз в парламенте, но сейчас шофер был без головного убора, и Шаса увидел его голову целиком.

Как и в двух предыдущих случаях, он испытал сильное ощущение узнавания. Он безусловно встречался с этим человеком, был знаком с ним раньше, но воспоминание выцвело за давностью лет и еще больше стерлось из-за раздражения. Шоферу запрещалось использовать «шевроле» в личных целях, но вот же он, ранним утром едет в не принадлежащей ему машине.

«Шевроле» быстро уходил. Шофер, несомненно, узнал Шасу, и скорость была признанием вины. Первой мыслью Шасы было погнаться за ним и остановить, но на перекрестке все еще горел красный свет, и, пока он ждал зеленого, у него было время подумать. Сейчас у него было слишком хорошее настроение, чтобы портить его подобными неприятностями, к тому же любой спор в четыре утра непристоен и невольно ведет к вопросам о причинах его собственного присутствия здесь в такой час – на окраине города, в районе красных фонарей. С шофером можно будет разобраться в другое время и в более подходящем месте, и Шаса его отпустил, но не забыл и не простил.

Шаса въехал на «ягуаре» в гараж и увидел, что зеленый «шевроле» стоит на месте, в конце ряда машин, между «MG» [84]Гарри и Шасиным собранным на заказ «лендровером». Проходя мимо, Шаса положил ладонь на капот: металл еще горячий, двигатель остывает с легким щелканьем. Он довольно кивнул и пошел к дому, забавляясь мыслью, что возвращается к себе тайно, как взломщик.

За завтраком он по-прежнему чувствовал легкость и довольство, накладывая себе на тарелку яйца с беконом из серебряного блюда на сервировочном столике. Он пришел первым, но Гарри явился лишь минутой позже него.

– Босс должен приходить на работу первым и уходить последним, – учил он Гарри, и мальчик принял это близко к сердцу. «Нет, уже не мальчик», – сказал себе Шаса, глядя на Гарри. Сын был лишь на дюйм ниже его, но шире в плечах и массивнее в груди. Шаса часто слышал, как он в своем конце коридора кряхтит, поднимая тяжести. И хотя юноша только что побрился, подбородок у Гарри отливал синевой, а к вечеру мальчик снова будет нуждаться в бритье; волосы, несмотря на «брилкрем», торчат клочьями.

Гарри сел рядом с Шасой, набил рот омлетом и сразу заговорил о деле:

– Он просто больше годится для такой работы, папа. На этой должности нам нужен человек помоложе, особенно если учесть предстоящую дополнительную ответственность за шахту «Серебряная река».

– Он работает у нас двадцать лет, Гарри, – мягко сказал Шаса.

– Я же не предлагаю его расстрелять. Только отправить на пенсию. Ему уже почти семьдесят.

– Отставка может его убить.

– Если он останется, то может убить нас.

– Ну хорошо, – вздохнул Шаса. Гарри, конечно, прав. Этот человек пережил свою полезность. – Но я сам поговорю с ним.

– Спасибо, папа.

Очки Гарри победоносно блеснули.

– Кстати, о шахте «Серебряная река». Я устроил так, что ты начнешь работу там сразу после дополнительного экзамена.

Гарри больше времени проводил в «Сантэн-хаусе» – конторе компании Кортни, чем на занятиях в бизнес-школе, и в результате для получения диплома ему требовалось сдать дополнительный экзамен. Экзамен состоится на следующей неделе, и после этого Шаса отправит его на шахту «Серебряная река» на год или два.

– В конце концов, шахта становится флагманом компании вместо старой шахты Х’ани. А я хочу, чтобы ты был в центре событий.

Он увидел за стеклами очков Гарри довольное выражение.

– Здорово! С нетерпением жду настоящей работы, после того как столько лет корпел над книгами.

В столовую, задыхаясь, влетел Майкл.

– Слава Богу, папа, я боялся, что упущу тебя.