— Подожди, — сказал он, и она остановилась, но не обернулась. — Кто-то украл мои персональные данные.

Плечи Джойс опустились. Она снова посмотрела на Джона, и он увидел, что все те ужасные вещи, которые произошли в его жизни, пролегли морщинами на ее лице. Ярость ее прошла.

— Зачем кому-то воровать твои персональные данные?

— Чтобы прикрыть себя. Замести следы.

— С какой целью? И почему именно ты?

— Потому что он не думал, что я когда-нибудь выйду оттуда. Он думал, что я просижу в тюрьме до конца жизни, что он может пользоваться моими данными, чтобы его никогда не поймали.

— Кто так думал? Кто делает это с тобой?

Джон почувствовал, как имя это застряло у него в горле, словно кусок стекла.

— Тот, кто убил Мэри Элис.

При звуке имени девушки Джойс заметно вздрогнула. Оба молчали, и воцарившуюся тишину нарушало только журчание воды на мойке и жужжание пылесосов.

— Человек, который засадил меня в тюрьму за убийство Мэри Элис, пытается сделать это снова.

В глазах у нее стояли слезы.

— Я не делал этого, Джойс. Я пальцем ее не тронул.

Подбородок ее задрожал, она с большим трудом сдерживалась.

— Это был не я.

Она судорожно сглотнула.

— О’кей, — сказала она. — О’кей. — Она шмыгнула носом и вздохнула. — Мне нужно возвращаться на работу.

— Джойс…

— Береги себя, Джон.

— Джойс, прошу тебя…

— До свидания.

Глава 25

9:30 утра

Уилл следил за руками судмедэксперта Пита Хэнсона, который ловко зашивал грудной отдел и брюшную полость Синтии Барретт, стягивая Y-образный разрез, сделанный в начале аутопсии. Во время процедуры Уилл в основном концентрировался не на всем теле, а на его частях, но теперь ему было трудно абстрагироваться от того факта, что Синтия Барретт была человеческим существом и не совсем уж ребенком. В ее хрупком телосложении и изящных чертах лица было что-то от сказочного эльфа. У него в голове не укладывалось, как кто-то мог причинить вред этой девушке.

— Как это все печально! — сказал Пит, словно прочтя его мысли.

— Да, — ответил Уилл сквозь зубы.

За время службы в правоохранительных органах ему доводилось видеть разные виды повреждений, какие только можно нанести человеку, но вид жертвы-ребенка по-прежнему его шокировал. Он сразу вспоминал об Энджи, обо всех тех ужасных вещах, которые делали с ней, когда она была совсем маленькая, и от этого живот сводило болью.

Открылась дверь, и вошел Майкл Ормевуд. Под глазами у него были черные круги, а на подбородке, в том месте, где он, очевидно, порезался при бритье, был прилеплен кусочек салфетки.

— Простите, что опоздал, — извинился Майкл.

Уилл посмотрел на часы. Движение было чисто машинальным, но, подняв глаза, он заметил, что Майкл раздражен этим.

— Все нормально, — сказал Уилл, слишком поздно сообразив, что говорит не то, и попытался как-то исправить положение: — Доктор Хансон как раз заканчивает. Вы ничего не пропустили.

Майкл промолчал, и Пит поторопился снять возникшее напряжение, сказав:

— Я очень сочувствую вашей потере, детектив.

Прошло несколько секунд, прежде чем Майкл кивнул. Он провел рукой по лицу, стер кусочек салфетки на подбородке, с удивлением посмотрел на окровавленную бумажку и выбросил ее в корзину для мусора.

— Дома было довольно тяжело.

— Могу себе представить. — Пит похлопал его по плечу — Мои соболезнования.

— Да, — подхватил Уилл, не зная, что еще сказать.

— Она была мне всего лишь соседкой, но все-таки… — Улыбка на лице Майкла была натянутой, словно у него возникли проблемы с тем, чтобы сдерживать свои эмоции. — Когда что-то плохое происходит с невинным ребенком, как она, это съедает тебя изнутри.

Уилл обратил внимание на взгляд, который Майкл бросил на тело, и заметил отчаяние в его глазах. Майкл протянул руку, как будто хотел поправить белокурые волосы девушки, но тут же отдернул ее. Уилл вспомнил, что он точно так же вел себя накануне, когда они впервые увидели труп. Казалось, что Синтия была его дочерью, а не просто соседкой.

— Бедное дитя, — прошептал Майкл.

— Да, — согласился Пит.

— Простите, ребята, — извинился Майкл. Он откашлялся, словно пытаясь собраться. — Что вы обнаружили, Пит?

— Я как раз собирался составить с агентом Трентом общее заключение. — Пит начал приподнимать простыню, закрывавшую тела.

Майкл вздрогнул.

— Просто расскажите мне в двух словах, о’кей?

Но Пит продолжал снимать простыню.

— Я считаю, что она споткнулась и ударилась головой. Удар при падении расколол ее череп над левой височной долей. При этом шея вывернулась, оборвав спинной мозг на позвонке С-2. Смерть наступила мгновенно. Просто несчастный случай, если бы не отсутствующий язык.

— Его еще не нашли? — спросил Майкл.

— Нет, — ответил Уилл и обратился к Питу: — Вы не могли бы пройтись по различиям между этими двумя убийствами?

— Конечно, — ответил Пит. — В отличие от вашей проститутки, язык этой девушки был не откушен, а отрезан. Вероятнее всего, для этого использовался нож с зазубренным лезвием. Кое-кто мог бы этого и не заметить, но я уверен, что тут все по-другому

— Откуда вы знаете? — спросил Майкл.