Читаем Ярость полностью

– Нет. Просто мы должны нанести прицельный удар. Ты же можешь позаботиться о том, чтобы не затрагивать Эмден или хотя бы ее часть города…

Нееле его успокоила. За время своего короткого, но страстного романа с сотрудником водопроводной станции Матиасом Лютьенсом она успела кое-что узнать о циркуляции воды. Нордену, Норддайху и Гретзилю достанется сильнее всех. Хаге, Мариенхафе и Георгсхайлю пощады точно не будет. Насчет Эмдена она сомневалась. Возможно, туда попадет лишь немного яда.

– Думаю, – сказала она, – это вполне возможно, но точной уверенности быть не может. Как только что-нибудь попадет в воду, то… Ведь у воды есть свойство течь…

Он завел мотор. Она помахала его матери, стоящей наверху у окна.

Он проговорил:

– С ней не должно ничего случиться.

– Конечно, – согласилась Нееле. – Они сейчас на нервах. Когда в Нордене и Норддайхе станет известно о первых случаях, они сразу все перекроют и объявят предупреждение.

Юстус ухмыльнулся.

– И курс сразу провалится в самый низ.

* * *

Какое-то время Руперт провел в засаде, наблюдая за дверью спортзала. Он хотел убедиться, что не встретит там Задницу или психолога Эльке Зоммер. Сильвия Хоппе тоже была бы сущим кошмаром. После проклятого теста Баума женщины стали часто наведываться в спортзал, а для большинства мужчин это место стало запретным.

Взбегать по лестнице Руперт натренировался дома. Быстро выскакивать из машины – тоже, правда, при этом за ним наблюдала соседка, которая спросила, все ли в порядке и не требуется ли помощь. Тогда он все же предпочел собственной улице спортзал в Аурихе.

Сейчас Руперт был в зале один и отрабатывал с черным пятикилограммовым набивным мячом задержание сопротивляющегося человека. Он стоял между двумя плинтами высотой до плеч и быстро перекладывал мяч с одного плинта на другой.

К двадцать первому разу Руперт начал потеть, но упорно хотел продолжить до тридцати. Вдруг зазвонил мобильный. Мяч шлепнулся на пол и медленно покатился в сторону петель. Система ремней теперь раскачивалась над ним. С телефоном в руке Руперт подошел к гимнастической стенке и облокотился на турник, как на барную стойку.

– Я насчет этой истории с порно, господин комиссар. В смысле, порно, которого вы не смотрели. Я значительно продвинулся.

Руперт прижал телефон поплотнее к уху, хотя в помещении больше никого не было. Он до сих пор стыдился.

– Да-да, ты что-нибудь выяснил?

– О да. Можно сказать и так. Порыскал в интернете. Кёльнская прокуратура принудила «Телеком» выдать полную информацию о сорока тысячах – а может, и больше – IP-адресов.

– Разве они имеют на это право? Ведь существует защита персональных данных.

– Ну, при наказуемых деяниях имеют. А нарушение авторского права – наказуемо.

– Но я, черт подери, не нарушал авторского права!

– Господин комиссар, дослушайте до конца! Тут выяснилось несколько очень интересных подробностей. Судьи росли еще во времена, когда не было интернета. Держу пари, они обменивались под школьной партой порнографическими журналами, вместо того чтобы смотреть фильмы в сети, и поэтому путают скачивание и трансляции.

– Что?

– Например, многие телепрограммы можно смотреть в живой трансляции. Задача трансляции – не создание копии, а единоразовый показ. Их можно смотреть на компьютере, но они не предназначены для скачивания и копирования.

– Но я ничего такого не делал!

– Охотно верю. Вы стали жертвой мошенников, господин комиссар.

– Как жертвой?

– Ну, я изучил историю посещений порносайта, на котором вы якобы посмотрели фильм. И обнаружил очень интересное явление. Ежедневно у них было по тридцать-пятьдесят посещений, но потом, за два дня до начала рассылки штрафов, просмотры резко подскочили. Шестнадцать тысяч, двадцать одна тысяча, пятьдесят четыре тысячи…

– Но я ни при чем.

– Да дослушайте же до конца! Всплеск посещений вызван не какими-то особенно интересными порнофильмами, а тем, что другие сайты автоматически перенаправляли посетителей на этот домен, понимаете?

– Нет.

Кай Венцель застонал.

– Короче, вы смотрите что-то в интернете. Например, сайт про автомобили. Когда вы нажимаете там на что-нибудь, вас перенаправляют. При этом они записывают ваш IP-адрес и отправляют штраф, мол, вы нелегально смотрели их фильм. Вы попали в ловушку, господин комиссар, как и многие другие.

– Но зачем прокураторе Кёльна заставлять «Телеком» сообщать мои данные? Ведь они стали сообщниками преступников.

Кай Венцель откашлялся.

– Злоумышленники представили судьям экспертное заключение, из которого следовало, что IP-адреса были установлены обычным, признанным методом. И судьи положились на это заключение, они же не специалисты.

– Значит, эксперт тоже входит в банду!

– Очевидно, да.

– И почему суд признает заключение такого эксперта? Как он вообще мог стать судебным экспертом?

– Эксперт становится судебным экспертом, когда суд признает его в качестве эксперта. Судьи изучают юриспруденцию и не могут разбираться во всех сферах жизни. Эксперты нужны в вопросах транспорта, страховки – особенно сложна сфера медицины…

– Что ты изучаешь в Бохуме, Кай?