Читаем Ярко-алое полностью

— Приемлемые потери? Приемлемые? — взвилась со своего места советник, представлявшая интересы сословия пользователей. На Сакамото Йоко всегда можно было положиться, если требовалось сказать вслух то, о чем все остальные дипломатично молчат. У женщины настолько явно отсутствовало чувство такта, что ей прощали выходки, любому другому стоившие бы недельного бана. — Ваш так называемый «план» под прикрытием красивых слов и экономических схем означает расчетливое принесение в жертву всех, кто не сможет жить вне Паутины. А уже все сословие сетевиков и часть пользователей просто физически не способны существовать вне капсул…

Вновь заговорил Джеффер — красиво, убедительно, страстно. Старательно обходя гигантский подводный камень, будораживший межзвездную политику едва ли не со дня колонизации Аканы.

Тимур чуть повернул голову, разглядывая чистый профиль Ари. Представитель ками был безмятежен, будто блистающий красноречием оратор не призывал, по сути, к геноциду ему подобных. В голове не укладывалось, не могло уложиться, что вещающий напротив голубоглазый человек просто не видит в этом «искусственном интеллекте» равное себе, обладающее разумом и волей сознание.

Два десятилетия на Акане. Принятие обычаев и уклада жизни. Падение маяков.

И по-прежнему Джеффер может войти в Паутину, явиться на специально созданный для встреч тайного совета остров, поприветствовать виртуальные аватары своих коллег. Он кланялся посланнице полностью зависимых от Паутины сетевиков, он пожимал руку Ватари Богдану, чья искалеченная войной жена вот уже полвека могла полноценно жить лишь в сети. И, глядя в дымчато-синие глаза ками, убежденно говорил об уничтожении целой цивилизации для того, чтобы сохранить горстку, жалкую долю от истинного населения Аканы.

— …всегда знала, что метрополия — сборище лицемерных рабовладельцев, построенное на эксплуатации созданий искусственного интеллекта! Но массовые убийства? Тот самый грех, что стал причиной и основанием Законов Падения? Вы позволяете двойному стандарту завести вас слишком далеко. Даже для варвара!

Тимур прикрыл глаза. И снова те же, и снова о том же. «Варвар». До близкого знакомства с Венту Джеффером он просто не понимал всей глубины этого оскорбления. Вообще не считал оскорблением, если на то пошло. Как, скажите на милость, искать совместный путь, когда различия пролегают столь глубоко, столь неискоренимо?

— Так предложите же другой вариант, — вспыхнул под их взглядами чужеземец. — Шок, вызванный обрывом всех внешних коммуникаций, был слишком велик. Попытки залатать дыры только усугубляют ситуацию. Паутина будет деградировать, теряя один слой за другим, пока наконец не случится каскад. Ее обитатели погибнут в любом случае. Предложите действия. Предложите любые шаги, которые смогут их спасти. Предложите хоть что-нибудь. Или это правительство только и может, что бросаться обвинениями и заламывать руки?

— Работы по оптимизации информационных потоков и сетей ведутся не прекращаясь. И я по-прежнему считаю, что нам следует уделить больше внимания исследованию явления критической величины, — заявил, глядя мимо собеседника, князь Вишневого союза.

Сакураги Тайти, владыка союза Сакураги и глава наиболее влиятельного на сегодняшний день клана планеты, мог себе позволить подобное пренебрежение. Высокий харизматичный красавец отточенным жестом отодвинул прочь не устраивающие его данные. Довольно смуглая по меркам Аканы кожа владыки контрастировала с белыми прядями. Как у многих творцов старшего поколения, единственным намеком на его возраст были спускавшиеся почти до колен снежно-седые волосы. Доверять юному облику не стоило. Тай Сакураги сражался в отгремевшей полвека назад войне, и враги одарили его прозвищем Гинтарас. Поначалу в насмешку — так самого Тимура, пытаясь высмеять, называли Железным, — но вишневый владыка взял полупрезрительную кличку и превратил ее в официальный титул. Сегодня никого не тянуло потешаться над Кохаку, Янтарным князем союза Сакураги.

Джеффер уставился на предводителя старших кланов, будто тот обновил аватару, отрастив себе ангельские крылья.

— Эти сказки? Вы всерьез собираетесь тратить время и ресурсы на сетевые легенды?

Сакураги, считавший себя теперь, после гибели династии Кикути, едва ли не духовным лидером планеты, счел спор с близоруким варваром ниже своего достоинства. Вместо него заговорила госпожа Хана, представляющая гильдии: