Читаем Японцы полностью

В настоящей главе речь идет об управлении. Подбирая заголовок, мы встали перед проблемой: какое употребить здесь слово, русское «управление» или японское «кэйэй». Однако после некоторых раздумий мы не взяли пи то, ни другое, а остановились на английском слове «менеджмент» (в его американском смысловом наполнении). Дело в том, что «управление» в современной Японии понимается как сплав классических концепций американского менеджеризма и японского традиционализма. Поэтому термин «менеджмент» здесь будет вполне уместен. Сами японцы, когда они ведут речь об управлении, также употребляют этот термин.

1. Особенности японского менеджмента

Английское слово «управление» (mаnаgеmеnt) происходит от корня латинского слова «manus» (рука). Первоначально оно относилось к сфере управления животными и обозначало искусство управлять лошадьми. Позже это слово перенесли в сферу человеческой деятельности и стали обозначать область науки и практики управления людьми и организациями. Японцы, считая себя учениками американцев, внимательно изучили все известные концепции менеджмента и… построили для себя свою собственную [267].

Теория и практика управления включают в себя два взаимосвязанных пласта – социально-экономический и социально-психологический. Применительно к конкретному государству или региону оба эти пласта пронизываются этнопсихологической спецификой. Таким образом, но своей структуре теорпя и практика управления выступают как паука и искусство, обладающие единством, несмотря на различие условий, в которых они проявляются. По своему же содержанию эти отрасли науки и практики, все по тем же причинам, различны.

Япония – государство монополистического капитализма, который определяет в этой стране производственные отношения, а стало быть, и характер управления. В. И. Ленин, изучая развитие капитализма в индустриальных странах, подчеркивал: «Концентрация и интернационализация капитала гигантски растет. Монополистический капитализм переходит в государственно-монополистический капитализм…» [17, с. 449]. Государство на этой, высшей, фазе развития капитализма активно воздействует на экономику, создает условия для воспроизводства капитала. Оно регулирует экономику, разрабатывает долгосрочные хозяйственные программы. Все это в полной мере относится к Японии. Наряду с Францией и Голландией, отмечает А. А. Прохожее, Япония одной из первых капиталистических стран стала на путь программирования экономики [143, с. 11], что наряду с другими причинами обеспечило ее серьезные успехи.

В 1945 году японская экономика находилась в упадке и разорении. К 80-м годам по уровню производства Япония прочно заняла второе место в капиталистическом мире. Япония продолжает сохранять довольно высокие темпы экономического развития, бросая по многим показателям вызов Соединенным Штатам Америки. Американские промышленники с нескрываемым страхом наблюдают за устойчивой экономической поступью японцев. 68% деловых американцев высказали в конце 70-х годов мнение о необходимости быстрой и прочной защиты от экономического нашествия Японии.

Японская промышленность наращивает производство ключевых видов продукции. К примеру, накануне второй мировой войны производство стали в Японии никогда не превышало показателя в 7 миллионов тонн. В 1973 году Япония сумела поднять этот показатель до 119 миллионов. В 1980 году Япония произвела 7 миллионов высококачественных легковых автомобилей, вырвавшись в этой сфере производства на первое место в мире (США в 1980 году произвели 6,5 миллиона автомобилей). Американские деловые круги озадачены, некоторые бизнесмены никак не могут найти ответа на возникшие у них вопросы: «Как мохло получиться, что какое-то островное государство, по площади равное одному лишь штату Калифорния, за какие-нибудь три десятка лет смогло в сфере производства пройти путь от кустарной мастерской до современного автоматизированного предприятия?», «В чем причина того, что государство, импортирующее для своей промышленности 100% алюминия, 99,8% нефти, 98,4% железной руды, 66,4% леса и лесоматериалов, превратилось в грозную экономическую силу?». А ведь где-то два десятка лет тому назад американцы по привычке считали японскую экономику примитивной и неконкурентоспособной.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Мохнатый бог
Мохнатый бог

Книга «Мохнатый бог» посвящена зверю, который не меньше, чем двуглавый орёл, может претендовать на право помещаться на гербе России, — бурому медведю. Во всём мире наша страна ассоциируется именно с медведем, будь то карикатуры, аллегорические образы или кодовые названия. Медведь для России значит больше, чем для «старой доброй Англии» плющ или дуб, для Испании — вепрь, и вообще любой другой геральдический образ Европы.Автор книги — Михаил Кречмар, кандидат биологических наук, исследователь и путешественник, член Международной ассоциации по изучению и охране медведей — изучал бурых медведей более 20 лет — на Колыме, Чукотке, Аляске и в Уссурийском крае. Но науки в этой книге нет — или почти нет. А есть своеобразная «медвежья энциклопедия», в которой живым литературным языком рассказано, кто такие бурые медведи, где они живут, сколько медведей в мире, как убивают их люди и как медведи убивают людей.А также — какое место занимали медведи в истории России и мира, как и почему вера в Медведя стала первым культом первобытного человечества, почему сказки с медведями так популярны у народов мира и можно ли убить медведя из пистолета… И в каждом из этих разделов автор находит для читателя нечто не известное прежде широкой публике.Есть здесь и глава, посвящённая печально известной практике охоты на медведя с вертолёта, — и здесь для читателя выясняется очень много неизвестного, касающегося «игр» власть имущих.Но все эти забавные, поучительные или просто любопытные истории при чтении превращаются в одну — историю взаимоотношений Человека Разумного и Бурого Медведя.Для широкого крута читателей.

Михаил Арсеньевич Кречмар

Публицистика / Приключения / Природа и животные / Прочая научная литература / Образование и наука