Читаем Японский ковчег полностью

Да, все хорошо, но при этом две трети соотечественников обречено. На сайте Yamato.com уже числится более восьми миллионов имен тех, кто добровольно согласился принять смерть в случае столкновения с астероидом. Список начали формировать всего неделю назад. Надо полагать, вскоре он вырастет до нескольких десятков миллионов. Конечно, нелегко принять такое решение. Некоторым потребуется время. В принципе, ведь они могут и ничего не заявлять. Все равно селекция будет проводиться на общих основаниях по строго определенным критериям. Но всенародно объявить о своем приятии смерти значит преодолеть смерть и тем обрести бессмертие.

Предки уходили из жизни с верой в перерождение души, в новую реинкарнацию. А во что верят сегодня миллионы прекрасно образованных людей, для которых буддистские догмы уже отнюдь не столь очевидны? Нет у них больше и веры в божественного императора, потомка Аматэрасу Омиками, ради которого можно отдать жизнь. Что же осталось? Может быть, веры как таковой уже и нет, но причастность к своим историческим национальным корням, как и священный обычай почитания предков, рождают доверие к вековому опыту многих поколений…

Дед начальника Информационного агентства национальной безопасности Симомуры тоже окончил свой земной путь в чине генерал-майора императорской армии. Начал армейскую карьеру в кадетском корпусе, в тридцать втором году молоденьким лейтенантом попал в Китай, где дослужился до полковника, к концу тридцатых женился, завел троих детей. С сорок первого по сорок пятый прошел весь адский маршрут войны: Бирма, Сингапур, Филиппины, Сайпан, Окинава. Когда узнал о капитуляции, вместе с тысячами офицеров вышел на площадь перед императорским дворцом и вспорол себе живот. Без сомнений и колебаний выбрал смерть.

Разве такой опыт не передается на уровне генетического кода? Отец, правда, прожил мирную жизнь и почил три года назад после тяжелой болезни. Но разве он, Сэйдзи Симомура, не сможет уйти из жизни, когда того потребует долг? Праздный вопрос! Дед не дожил и до сорока, а директору Информационного агентства национальной безопасности уже перевалило за шестьдесят. И сейчас его место тоже там, на сайте Yamato.com. Oн внесет свое имя в список, а там будь что будет. Конечно, его опыт и знания еще нужны стране. Он должен любой ценой обеспечить Японии будущее. А потом можно и уйти вместе со всем своим поколением, со стариками, которые уступают право на спасение молодежи. Народ не погибнет. Цивилизация будет спасена. Жизнь продолжится. Все прочее не столь важно.

Симомура кликнул иконку на дисплее компьютера, и перед ним открылось любимое семейное фото: они с женой, дочь с мужем и два внука в саду их загородного дома на полуострове Идзу, близ Симоды. Вся компания стоит под банановым деревцем на фоне ослепительно синего моря. Беззаботные лица, белозубые улыбки. Что ж, молодые отправятся в убежище и будут жить, а им вдвоем с Ясуко есть о чем вспомнить. Потом вот эти мальчишки будут строить свою Японию в Приморском крае и на Сахалине, осваивать новые территории. Кстати, независимо от того, встретится Земля с астероидом или нет. Иного не дано! Он не может проиграть эту партию русским!

Генерал повернул ключ и выдвинул наполовину верхний ящик письменного стола, забитый протоколами недавних заседаний. Он пошарил под бумажками в глубине и вытащил короткий меч танто в старинных ножнах из акульей кожи с перламутровой инкрустацией на длинной рукояти. Тот самый, которым лишил себя жизни дед после поражения отечества в великой войне. Меч передали супруге покойного его подчиненные – вручили на пороге с поклоном и одним коротким словом «О-куями!» – «Соболезнуем».

Большой боевой меч катану конфисковали американцы, но танто – клинок работы мастера Киёмаса, выкованный в шестнадцатом веке – удалось сохранить в семье. Что ж, может быть, еще пригодится. А пока от него, генерала Симомуры, зависит судьба страны, и он не имеет права на ошибку…

Глава XLIV

Шифровка из Пекина

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее