– Сам пошлю, – коротко ответил Вик, снова убирая флэшку в карман. – Это не проблема. А сейчас надо замести следы. Из отеля я выписался еще утром. Билет на завтрашний рейс Эр Франс оплачен. Прямой рейс до Парижа. Вещи уже здесь, у Нины в машине, но боюсь, улететь не получится. К сожалению. Там над головой дежурного была камера, а я ведь потерял маску… Когда поднял, заметил прямо перед собой объектив. Меня уже наверняка пробили по въездному фото и биометрии, так что герр Мюнцер засветился. Придется где-то отсиживаться неопределенное время.

– Не беспокойся, – впервые подала голос Нина, приостанавливаясь на светофоре и поглядывая на светящееся окошко навигатора. – Кодзи вылетает из Ханэды в Гонконг уже через час. Мы подбросим его в аэропорт – тут совсем рядом. А потом я тебя отвезу в одно надежное место на ближайшие сутки. Меня вряд ли кто-то заподозрит. Машина прокатная, а номера на ней не родные. В лицо меня никто видеть не мог, так что все чисто. Я права?

– Часа через два, как только проснется контролер, они начнут охоту. Если полиция уже подняла тревогу и идет по следам, то отели небезопасны. – резонно заметил Вик. – На улице, конечно, можно пользоваться все той же маской, но в аэропортах никого не обманешь и от всех камер не спрячешься. При нынешних методах распознавания им даже не надо будет видеть мое лицо – камеры среагируют на фигуру, походку, осанку… Так что придется лечь на дно и выжидать. Сейчас первым делом поменяем номера на твоей машине, а эти в канал!

Между тем Хонда, покинув скоростную магистраль, уже подъезжала к территории аэропорта. Нина притормозила в полукилометре от пункта проверки документов.

– Дальше пешком. Но не прямо по дороге, а вот тем переулком. Видишь – вон там, слева?

Выйдешь сначала к пакгаузам, а за ними уже Международный терминал. Не перепутай с внутренними линиями.

– Знаю, – успокоил ее Кодзи. – Не перепутаю. Ну что ж, тогда прощаемся до следующего раза. До встречи на Земле, если от нашего шарика еще что-то останется!

Он вышел из кабины, перешагнул через дорожное ограждение и упругим шагом направился в сторону складов.

– А почему, собственно, он летит в Гонконг? – вдруг как бы про себя произнес Вик. – Почему именно в Гонконг? Или оттуда еще куда-то?

– Не знаю, – пожала плечами Нина. – Я не интересовалась. Думала, что ты в курсе. Разве он тебе ничего не говорил?

– Нет. Но сейчас уже поздно задавать вопросы.

Хонда развернулась и, набирая скорость, вскоре исчезла в темноте.

Глава XLIII

Генерал Симомура

– Да, полковник Савада, я уже знаю, что вы упустили русских агентов, за которыми должны были охотиться, и дали им беспрепятственно выкрасть секретные документы у старика Хори. Действительно, неприятность, но я вам прощаю, – махнул рукой генерал Симомура. – В конце концов мы предвидели такой разворот событий. Кража дает нам оправдание наших дальнейших действий: теперь мы не должны выпрашивать формального разрешения компании Хори на продажу их изобретения за рубеж, не так ли? Будем считать, что сведения похищены, утечка от нас не зависит, а наша политическая игра не касается никого, кроме правительства. Русские провели свою операцию ювелирно, надо им отдать должное. Однако ни они, ни вы, ни сам господин Хори не знают, что в памятном ларце, преподнесенном главе корпорации к окончанию строительства в 2003 году, отсутствует ключевая информация. Там не указаны ни состав материалов для модульных блоков, ни принципы работы системы жизнеобеспечения.

Ведь Роппонги-хиллз был первым японским чикаро – небоскребом и «землескребом» одновременно с вертикальным подземным бункером на десять тысяч человек. Наши люди еще тогда, много лет назад, сумели надежно защитить стратегически важные данные от любых покушений. То есть по этим чертежам действительно можно построить красивую настольную или – оцените каламбур – подстольную модель настоящего бункера-чикаро, но не более того. Таким образом, русские агенты в результате кражи со взломом не получили практически ничего, кроме инструкций для «Юного конструктора». Без нашей санкции ключа им не видать. Да и наладить производство нужных наноматериалов им самим не под силу. Они смогут работать только с готовыми модулями, которые мы им поставим на наших условиях. При этом мы теперь можем смело ужесточить условия ввиду провокационной шпионской деятельности с их стороны, нарушающей условия соглашения.