Читаем Яковлев А. Сумерки полностью

Одним из поводов к очередному ужесточению уголовного законодательства в отношении детей стало письмо Вороши­лова от 19 марта 1935 года, направленное на имя Сталина, Молотова и Калинина. Девятилетний подросток напал с но­жом на сына заместителя прокурора Москвы Кобленца. Во­рошилов недоумевал: почему бы «подобных мерзавцев» не расстреливать? Откликаясь на просьбу о расстреле «подоб­ных мерзавцев», ЦИК и СНК СССР 7 апреля 1935 года изда­ют постановление «О мерах борьбы с преступностью среди несовершеннолетних». В нем сказано: «...несовершеннолет­них, начиная с 12-летнего возраста, привлекать к уголовному суду с применением всех мер уголовного наказания». На мес­тах возник вопрос о возможности применения к детям выс­шей меры наказания. Разъяснение Политбюро от 20 апреля 1935 года подтверждало, что к числу мер уголовного наказа­ния относится также и высшая мера (расстрел).

20 мая 1938 года издается новый приказ НКВД «Об устра­нении ненормальностей в содержании детей репрессиро­ванных родителей». В приказе говорится, что «Среди детей репрессированных родителей имеют место антисоветские, террористические проявления. Воспитанники Горбатовско- го детдома Горьковской области Вайскопф, Келлерман и Збиневич арестованы за проявления террористических и диверсионных намерений, как актов мести за репрессиро­ванных родителей. Воспитанники Нижне-Исетского детдо­ма Свердловской области Тухачевская, Гамарник, Уборевич и Штейнбрюк высказывают контрреволюционные, поражен­ческие и террористические настроения. Для прикрытия своей контрреволюционной деятельности вступили в ком­сомол. Указанная группа детей проявляет террористиче­ские намерения против вождей партии и правительства в виде акта мести за своих родителей. Воспитанники Черем- ховского детдома Иркутской области Степанов, Грундэ, Ка­заков и Осипенко за антисоветские выступления арестова­ны органами НКВД».

Поэтому народный комиссариат указует:

«Первое — немедленно обеспечить оперативное, агентур­ное обслуживание детских домов, в которых содержатся де­ти репрессированных родителей.

Второе — своевременно вскрывать и пресекать всякие антисоветские, террористические намерения и действия, в соответствии с приказом НКВД № 00486.

Третье — устранить привилегированное положение, со­зданное в некоторых домах для детей репрессированных ро­дителей в сравнении с остальными детьми.

Четвертое — проверить руководящий состав и кадры воспитателей детдомов, очистив их от непригодных работ­ников».

Ярким примером фальсификации обвинений против не­совершеннолетних является дело 16-летнего Юрия Камене­ва, расстрелянного по приговору Военной коллегии от 30 ян­варя 1938 года. Не имея никаких доказательств его виновнос­ти, Военная коллегия в своем приговоре указала: «Каменев, находившийся под идейным влиянием своего отца — врага народа Каменева Л. Б., усвоил террористические установки антисоветской, троцкистской организации; будучи озлоблен репрессией, примененной к его отцу как к врагу народа, Ка­менев Юрий в 1937 году в г. Горьком высказывал среди уча­щихся террористические намерения в отношении руководи­телей ВКП(б) и Советской власти».