Читаем Якорь в сердце полностью

Мужчина в брезентовом плаще протянул Крутилину едва початую бутылку коньяка. Он был одних лет с капитаном и, как заметил Крутилин, чем-то похож на него. Тот же великанский рост, такие же квадратные плечи, такие же льняные волосы и выдающийся вперед подбородок. Только глаза, полуприкрытые нависшими веками, казались темнее и меньше. Но сомнений не было — это близкие родственники. Странно, однако, что за два года службы Крутилин в этих краях его ни разу не видел. Не менее странным показалось ему и предложение выпить. Рыбаки для этого слишком хорошо знают пограничников.

Крутилин отрицательно покачал головой и еще раз поглядел на незнакомца, словно думал получить ответ на свои вопросы. Но тот отвернулся, ослепленный прожектором.

Теперь прыгать нужно было не ему, и Крутилин нервничал. Чего они там копаются? Опять проспят выгодный момент! И чего это они держатся за руки, как парочка влюбленных, которые собираются прыгать через костер?

Берзлапа до лодки не допрыгнет, слабо оттолкнулся. Крутилин это сразу понял, перегнулся за борт, схватил товарища за пояс и резко потянул на себя. Ноги Берзлапы попали в воду, но в общем обошлось — он был цел и невредим.

Берзлапа чувствовал себя пустым, как выжатый лимон. Никто не поздравил его, не похвалил за храбрость. Даже не спросил, не ушибся ли он. Но ему самому неудержимо хотелось говорить, рассказывать о своих переживаниях, хотелось действовать — наружу рвались побежденные страхи и удовлетворение сделанным. Сейчас Герберту вовсе не было безразлично, что думают о нем товарищи. Этим прыжком он доказал себе, что он — настоящий моряк, и жаждал услышать это от других.

— Обратно я буду прыгать первым, можно, товарищ старший лейтенант?

У Перова вертелся на языке язвительный ответ, но в последний момент он сдержался.

— Хорошо, Берзлапа! — Старший лейтенант Перов даже хлопнул Берзлапу по плечу. — Передайте Крутилину, чтобы он обыскал лодку, и принесите мне документы.

Крутилин быстро справился со своей задачей. В такой лодке даже мышь не спрячешь, не то что человека. Осветив фонарем моторную будку и перебрав наваленные кучей снасти, он подошел к поместившемуся на носу старшему лейтенанту.

— Ничего подозрительного пока найти не удалось.

Перов удивленно оторвал взгляд от документов. Что стряслось с людьми? Даже такой старый пограничник, как Крутилин, вместо того чтобы доложить коротко и четко, как положено по уставу, начал разговаривать другим языком.

И чего это он так подмигивает, словно заговорщик из немого фильма? Старший лейтенант вздохнул:

— Ну и что там у вас?

— Разрешите мне взглянуть на судовую роль.

— Печать настоящая, подпись Кузманова также, узнаю его каракули, — сказал Перов и неохотно протянул Крутилину документы. — Вот отметка о выходе в море. Помечена сегодняшним числом, — не без иронии добавил он.

Крутилин мрачно изучал роль.

— Да, все совпадает. И ничего не приписано… Только обычно мережи для угрей осматривают втроем… Кому нужны два лишних человека, это же не увеселительная прогулка?

Старший лейтенант рассердился:

— Может быть, так безопаснее, откуда я знаю…

Крутилин молчал. Было ясно, что он не согласен с Перовым.

— Что же ты предлагаешь? Может, оставить тебя в лодке, чтобы ты научил их ловить угрей?

Но Крутилин не обиделся.

— Вон этому я наверняка дам пять очков вперед даже на угрях, — он незаметно указал на мужчину, который предлагал ему коньяк. — Это не рыбак, поверьте мне, товарищ старший лейтенант! Посмотрите на его руки. Они не нюхали морской воды.

— Вот что, — сказал Перов, — пусть подходят с паспортами по одному. Этого оставь напоследок, пусть поволнуется.

Минуту спустя старший лейтенант уже жалел о том, что устроил весь этот спектакль. Капитан развеял подозрения Крутилина — это действительно была несколько необычная поездка. В поселке уже собирались на свадьбу, все хотят помочь, ведь женится лучший бригадир артели. Вот будущий тесть и вызвался своими руками достать для свадебного стола жирных осенних угрей. Капитан указал на фамилию, которая стояла в роли второй:

— Начальник колхозной механической мастерской. Это моторист, следующий — матрос, — его палец скользил все ниже и остановился у последней записи: — Мой брат. Вчера приехал из города и захотел хлебнуть морского воздуха.

Все оказалось очень просто. Как это ему самому раньше не пришло в голову? Тут же черным по белому выведена та же фамилия и отчество, тот же год рождения — 1919-й. «Наверное, близнецы?» — хотел было спросить Перов, но вопрос застрял у него в горле. Лодка внезапно погрузилась в темноту.

«На катере испортился прожектор», — сообразил Берзлапа и направил свет своего фонаря на рыбаков.

«Надо кончать всю эту церемонию, вернуться на катер и идти прямиком в порт», — подумал Перов и раздраженно крикнул:

— Следующий! Быстрее!