Слон вышел на шоссе, ведущее к мосту. Дорога шла вдоль пляжа. Дэн трубил, чтобы машины и люди уступали ему дорогу. Макс прижимался поближе к голове слона и крепко держался за его уши.

Они свернули на дорожку, которая вела к дому Леверсонов.

— Хорошо бы это был тот, который нам нужен.

Старинный двухэтажный дом светился всеми окнами. И в каждом окне были видны люди.

— Точно, там собрались гости, — сказал Макс.

Со стороны длинной извилистой дорожки раздался звук заводящегося мотора.

— Машина, — сказал Дэн и побежал, разбрасывая гравий из-под ног.

Макс бежал по траве, поскольку Дэн занимал собой всю дорожку.

Они подбежали к машине как раз в тот момент, когда Энн Клеменс схватила руль и резко крутанула его. Макс, изогнувшись, ухитрился как-то вытащить ключ зажигания. Энн продолжала судорожно крутить руль.

Макс открыл дверцу машины и вытащил девушку наружу. Гравий, казалось, разбегался под их ногами.

— Ты все испортил! — закричал Вестерленд. — Вы со своим идиотским слоном погубили мой план!

Над площадкой для парковки машин зажглись огни, и Вестерленда окружили подбежавшие люди.

Дэн вытянул хобот и вырвал у Вестерленда револьвер. От неожиданного толчка Вестерленд упал. Дэн поднял упавшего мультипликатора и, сжав его хоботом, принялся трясти.

Макс вытащил револьвер Ллойда из кармана, направил его на Вестерленда и крикнул:

— Вестерленд, выведи Энн из транса! И не вздумай нас дурачить!

Вестерленд щелкнул пальцами перед бледным лицом девушки. Она покачнулась и стала падать. Макс подхватил ее.

Неожиданно Дэн выронил Вестерленда и, громко трубя, бросился в кусты.

Когда рев слона стих, ошеломленные гости услышали пронзительный вой сирен.

— А вот и настоящие детективы! — сказал Макс.

Сзади зашуршали кусты. Оттуда вышел Дэн собственной персоной.

— Позволь мне обнять Энн.

Макс осторожно переместил девушку в объятия Дэна.

— Она скоро придет в себя окончательно. Все будет хорошо.

— А что же мы расскажем представителям закона?

— Правду. Кроме истории со слоном.

— Но как же мы тогда выбрались из дома Вестерленда?

— Моя машина не заводилась, и мы упросили какого-то водителя подвезти нас сюда.

— Но люди видели слона.

— Он убежал из зоопарка.

— Какого?

— Слушай, — сказал Макс, пряча револьвер в карман, — не будь таким занудой. Мы вовсе не должны все объяснять.

— О’кей, спасибо, Макс.

Макс зажег сигарету.

— Сегодня я был слоном только один час. Думаю, на этом мои превращения закончились. А как ты думаешь, Макс?

— Знаешь, чтобы ты не волновался, вечер перед днем рождения Линкольна я проведу вместе с тобой и Энн. Ну как?

— Что «ну как»? — вдруг спросила Энн. — Дэн, что все это значит?

— Ничего особенного. Просто у Вестерленда некоторые неприятности. Я потом все объясню.

Макс кивнул им и пошел встречать приближающегося полицейского. Где-то вдали замирали последние звуки праздничной музыки.

Джон Колльер

Поклонник

Подобно перепуганному котенку, Алан Остен прокрался по темной скрипучей лестнице на верхний этаж и, стоя на еле освещенной лестничной площадке, долго всматривался в таблички на дверях, пока не отыскал нужную.

Как ему было сказано, он толкнул незапертую дверь и оказался в комнатке, вмещавшей кухонный стол, кресло-качалку и простой стул. На бурой стене висела полка, на которой стояли разнообразные флаконы и бутыли.

В качалке сидел старик и читал газету.

Алан молча вручил ему карточку.

— Садитесь, мистер Остен, — вежливо предложил старик. — Рад с вами познакомиться.

— Правда ли, — спросил Алан, — что у вас есть средство, которое обладает… некоторыми необычными свойствами?

— Дорогой друг, — ответил старик, — мои средства немногочисленны — я не имею дела с успокаивающими и слабительными микстурами. Но среди них нет ни одного, которое можно было бы охарактеризовать как обычное…

— Дело в том… — начал Алан.

— Например, — старик снял с полки бутылочку, — в этом сосуде заключена жидкость прозрачная, как вода, практически безвкусная, неуловимая в кофе, молоке, вине или в ином напитке. Кстати, и при любом вскрытии в морге ее невозможно обнаружить.

— Вы хотите сказать, что это яд? — воскликнул перепуганный Алан.

— Если вам удобнее, то называйте это чистящим средством. Ведь жизнь нуждается в чистке. Или обзовите его пятновыводителем. Сгинь, проклятое пятно! Догорай, огарок!

— Я не нуждаюсь ни в чем подобном, — решительно заявил Алан.

— Может, это даже и к лучшему, — заметил старик. — Вы знаете, сколько это стоит? За чайную ложку — а этого вполне достаточно! — я прошу пять тысяч долларов. И ни цента меньше!

— Надеюсь, другие ваши микстуры стоят не так дорого? — с надеждой произнес Алан.

— Ну разумеется! — ответил старик. — Было бы непорядочно спрашивать такие деньги за приворотное зелье. Молодые люди, которые нуждаются в приворотном зелье, редко могут потратить пять тысяч долларов. Иначе бы им оно не понадобилось.

— Яс вами совершенно согласен! — воскликнул Алан.

— Если бы я не торговал приворотным зельем, — старик достал с полки другой флакон, — то о своем другом изделии я бы не стал вам говорить. Человек держит язык за зубами, если он тебе чем-то обязан.