Читаем Яичко Гитлера полностью

План его был таков: мне надо было в машине подкараулить Ксению где-нибудь на дороге, лишь бы не на выходе из дома или работы, чтоб не засекли ее знакомые или сослуживцы, предложить подвезти, а там усыпить и увезти к себе в Бугры. А если машину ГАИ где тормознет, то Федотов уже приготовил на мое имя документы, будто я являюсь врачом, знак медика на автомобиль и также парик, а если я такой боязливый, то назавтра решил раздобыть мне медицинский халат и врачебную шапочку. А когда все закончится, говорит, то я смогу утром следующего дня вылететь в Москву, а оттуда — куда угодно, если не захочу в столице остаться. Билеты и новые документы на вымышленные имена, он на нас с Кирой приготовил — и паспорта, и трудовые, и дипломы — все на подлинных бланках с подлинными печатями, в том числе и легенду о нашей прошлой жизни. Кроме того, он привез для нас сто тысяч рублей, чтобы мы с Кирой могли купить себе квартиру в любом городе Советского Союза, да еще и жить безбедно на них долгие годы, а там видно будет.

Я его тогда попросил показать все это. А надо сказать, что встреча наша проходила здесь, в этом доме, и Федотов дал мне адрес, куда, в назначенное время, мне завтра следовало приехать, все посмотреть, чтоб без обмана было, и заодно забрать халат и прочее, что он дополнительно для меня приготовит. Я его спросил, что это за место, он ответил, что это дом на окраине на пустыре и что он там снимает комнату. Сказал что дом всего на две квартиры, в одной супруги слепые живут, правда, с мальчиком лет пяти, но, в силу возраста, он не в счет, хоть и зрячий, так что особо не засвечусь. Но на всякий случай, наказал мне машину поставить за лесополосой — он для этого мне план местности нарисовал. Да ты был там, что я тебе рассказываю — это квартира Дагбаева.

Ну, поехал я к нему на следующий день, он мне все документы, билеты из своего баула достал, показал, отдал хлороформ, другие психотропные средства, халат и все прочее, что обещал. Даже Киру персонально не забыл — конфет ее любимых «Азалия» для нее передал. Ну, потом поговорили за дело, уточнили детали плана. Я спросил Федотова о порядке процедуры: кто поведет Ксению в портал, каким образом пришельцы оттуда передадут панацею. Он объяснил, что взамен панацеи они потребуют особый знак — кольцо «Мертвая голова», некогда принадлежавшее одному высокопоставленному генералу СС Герману Фогеляйну. Он достал его из кармашка баула и показал мне: это был серебряный перстень с черепом и костями, на внутреннюю сторону которого были нанесены какие-то руны, а также аббревиатура по-немецки: «Моему любимому Г.О. Фогеляйну», дата и факсимиле самого рейхсфюрера Гиммлера. Вот он.

Васильев вынул из нагрудного кармана рубашки кольцо темного серебра с черепом и попытался надеть на безымянный палец левой руки. Кольцо не хотело садиться на толстый, не в размер, палец и Васильев одел его на мизинец.

— Хорош? — любуясь кольцом, спросил Володя, но не получив ответа, продолжил свой рассказ: — Еще Федотов напомнил, что больная, при желании может сама отправиться в подледную страну, но когда она потом вернется — неизвестно, может быть, никогда. То есть, по этому, так сказать, пропуску, могут в портал двое зайти. Сама процедура намечалась ровно в полночь.

И вот, Коля, когда мне все стало ясно, на душе у меня нехорошо стало, темень какая-то, но, главное, — подозревать я Федотова стал. Вот, если бы он меня не шантажировал смертью Абдуллаева, то этого бы не было, а так подумал, что в случае чего, этот жук, при своих-то связях и возможностях, меня опять достанет, ведь новые данные обо мне ему же известны. И тут, как назло или удачу, черт его знает, вижу, у него на подоконнике парабеллум золоченый лежит, красивый такой. Спрашиваю, мол, что за штуковина? А он отвечает, мол, коллекционный, не стреляет, боек подпиленный, я уже пробовал пальнуть. Взял он его, навел на меня, взвел, а потом курок спустил.

Я сам хоть и не робкого десятка, но сердце екнуло, неприятно, знаешь ли, а Федотов смеется, мол, видишь — игрушка. Я говорю ему, мол, там, наверное, обойма пустая? Федотов выщелкнул обойму, показал — нет, действительно, под завязку патронами набитая. Я попросил разрешения посмотреть эту занятную штучку. Редкая вещь оказалась. Я обойму вставил назад, тоже взвел курок и также в отместку, шутя, пальнул в Федотова. А этот гребаный парабеллум вдруг на самом деле выстрелил, по моему, в самое сердце Федотову попал. У меня даже пистолет от неожиданности из рук выпал. Стою, вытаращился на него, ничего понять не могу. А Федотов схватился за грудь рукой, из-под пальцев кровь проступила, посмотрел на меня тускнеющими глазами, словно из гроба, и зловеще так и тихо сказал «Ты же убил меня!». И бросился на меня.