Читаем Я убийца полностью

– На этом мы заканчиваем обзор криминальной хроники, – сообщила дикторша. – А через несколько минут мы встретимся с кандидатом в депутаты…

Освободился проезд, Юрий газанул – и проскочил пробку.

Грязь, летящая с колес впереди идущих машин, била в лобовое стекло. Юрий включил дворники – и размазал ее.

Борис, прячась под зонтом от дождя, встретил Гордеева на ступенях Бутырского следственного изолятора:

– Знаешь, – сказал он вместо приветствия, – а ведь на самом деле нет никаких оснований для освобождения этого пацана Игнатьева из-под стражи.

– Понятное дело, – невозмутимо ответил промокший Юрий.

И они прошли внутрь.

Бросалось в глаза, что Игорь Игнатьев сильно изменился после выписки из тюремной больницы. Волосы немного отросли этаким газонным бобриком, лицо стало жестче, жесты сдержаннее. Теперь он показался и Борису, и Юрию более похожим на двойника. А повязка на горле как белый воротничок пастора.

– Присаживайтесь, Игорь Всеволодович, – грустно сказал Антоненко. – У нас действительно очень печальные новости. Для всех нас.

Гордеев, потупившись, разглядывал носки ботинок.

– Хочу задать тебе, Игорь, все тот же вопрос, – Борис потер подбородок. – Знаком ли тебе человек, совершивший убийство судьи Бирюкова?

– Я – убийца.

– Знаком ли тебе человек, убивший Михая Лотяну?

– Да. К чему эта тягомотина? Уже сто раз об одном и том же! Задолбили.

– Вот именно. – Следователь встал из-за стола. – Тут, понимаешь ли… Дело вот в чем… В вашем полку… Или в части в Чечне. Офицеры продавали оружие, медикаменты… Мы это раскопали. И составили список. Выявили всех участников. Так вот. Не все из них убиты. Жизнь некоторых до вчерашнего дня еще находилась в опасности.

– А теперь нет, – добавил Гордеев.

– Что-то случилось? – занервничал Игорь.

– Да. – Борис снова уселся на свое место. – Ты молчал, желая спасти человека, который их убивал. А на самом деле… Ты его от нас увел, а на них вывел.

– Мы вышли на настоящего киллера, – сообщил Гордеев, – но слишком поздно.

– Из-за тебя опоздали! – процедил сквозь зубы Антоненко. – Не знали, где искать, кого искать?

– Что случилось? – Игорь, решив, что это подвох, изображал из себя наивного дурачка. – Кто-то так же, как я?..

– Угадал, – Борис хлопнул рукой по столу. – Чего уж тут антимонии разводить. Двойника твоего застрелили. Вчера. При попытке убийства знакомого тебе подполковника Попова. Кем он у вас был?

– Зам по тылу…

– Двойник его знал?

– Да…

– Он жил в Рязани?

– Кто?

– Двойник, твой двойник, Игорь! Его убили вчера, все кончено! Раскалывайся! Вот фотография с места происшествия.

Игорь посмотрел на окровавленного двойника и вдруг опустил голову на руки и завыл. Как-то утробно, хрипло, горько завыл.

Гордеев и Антоненко переглянулись.

– Колька… Колька…

– Его звали Николаем? – спросил Гордеев.

– Как фамилия? – вставил Антоненко.

– Игнатьев. Это брат мой… Это мой брат… Бра-ат…

Антоненко принес воды, но Игорь пить не стал.

– Игорь, – тихо позвал его Гордеев. – Успокойся. Мы можем только отвернуться. Борис, я вот что хотел у тебя давно спросить…

И они с Антоненко склонились головами, будто обсуждая что-то важное.

– Юра, – шептал Борис, – держи себя в руках. Сейчас спадет шок… Чуть остынет… И он заговорит!

– Пусть хорошо поплачет. Дай ему время, – так же шепотом ответил Гордеев. – Если у нас с ним будет контакт, больше узнаем.

Через несколько минут Игорь немного успокоился и взял себя в руки.

– Отправьте меня в камеру, – поднялся он, вытирая руками мокрое от слез лицо.

– Сейчас, – отозвался следователь. – Только пару вопросов. Если ты не возражаешь.

– Только пару…

Следователь включил диктофон.

– Теперь ситуация кардинально изменилась, – твердо сказал Антоненко. – Ты можешь, ты даже обязан рассказать нам, почему ты брал на себя эти убийства.

– Я очень виноват перед ним.

– Ты что-то сделал со своим братом в Чечне? – спросил следователь.

– Нет, – скривился Игорь, шмыгая носом. – Вернее будет сказать, что я очень обязан ему. Не знаю, как правильно сказать… Дело в том, что я его совсем не помнил. С самого раннего детства.

– Но вы же разлучены в возрасте… – сощурился Борис Антоненко, высчитывая.

– В возрасте шести лет, – подсказал адвокат. – Игорь, мы про тебя знаем гораздо больше, чем ты думаешь. Вот смотри! – И Гордеев показал ему коричневую тетрадь. – Помнишь? Это дневник твоей матери.

– Ну и что?.. Там написано, что убивал не я?

– Нет, – сказал адвокат. – Там большой дом пропадает. Дом твоей матери…

– Давайте о дневнике, о доме потом поговорим. – Борис взял тетрадь из рук Гордеева. – Игорь, ты сейчас говорил о том, что брата своего ты забыл. Еще в раннем детстве.