Читаем Я, снайпер полностью

Боб осмотрел здание, детали которого постепенно растворялись в сгущающихся сумерках. Старое ранчо, переоборудованное для новых задач. В сарае гараж, где стоят четыре джипа и дюжина квадроциклов. Дом имеет облик, знакомый по тысяче и одному вестерну, но только с новыми окнами, новыми дверьми, новой электропроводкой — просто современный надежный сейф. Повсюду камеры видеонаблюдения, прожекторы, датчики сигнализации на всех окнах и какой-то мудреный электронный замок на входе, все по последнему слову техники, однако, возможно, не по самому последнему. Вокруг люди — не коммандос из «Грейвульфа», а крепкие ребята, напоминающие городских жителей, переодетых в ковбоев, вооруженные не вездесущими М-4, а «Рюгерами мини-14», выглядевшими более естественно в руках парней в джинсах, шляпах и высоких сапогах. Регулярная смена часовых, каждый час три квадроцикла объезжают ранчо по периметру. В воротах в миле от дома постоянно дежурят, в светлое время суток один человек, с наступлением темноты — двое. На первом этаже просторная кухня и комната дежурных. Наверху жилые комнаты. Как узнать, что в подвале? Охранники пользуются служебной дорогой, уходящей направо и дальше в заросли, потому что важные люди из большого особняка не хотят, чтобы у них перед глазами маячила всякая прислуга, спешащая по утрам на работу.

Свэггер решил подобраться к дому большими зигзагами — то есть ему предстояло ползти всю ночь в громоздком маскировочном халате. Проникнуть внутрь он собрался через окно подвала, расположенное в юго-восточном углу. Само здание не патрулировалось часовыми — его защищало присутствие тех, кто находился внутри. Судя по всему, не было ни постоянного наблюдения, ни дежурного освещения. Боб не обнаружил ни датчиков, реагирующих на движение, ни допплеровских радаров. Система безопасности была среднего уровня — определенно конца двадцатого столетия. Констебл выложил за нее большие деньги пятнадцать лет назад, и на том все закончилось. Возможно, ее модернизация числилась в списке ближайших задач, но пока что к ней не приступили.

Проблема заключалась в окне. Выбить стекло? Шум, тревога. Перерезать провода? Не факт, что до них удастся дотянуться. Совершить какой-нибудь отвлекающий ход: нападение, пожар, тревога? Это поднимет на ноги всех ковбоев, что нежелательно. Вскрыть запор отмычкой? Бобу уже приходилось вскрывать замки, и он знал, как это делается. Окно Констебла вряд ли создаст какие-либо трудности, однако оно наверняка подключено к сигнализации.

Нет, единственный способ попасть внутрь — проделать отверстие в стекле, просунуть руку и перерезать провода, после чего заняться запором. Затем он проскользнет в дом и посмотрит, что к чему.

Оружия у Боба не было, но он захватил пять дымовых шашек и пять шоковых гранат — при необходимости это создаст достаточное смятение. Такой была официальная версия плана, та, в которую, как убедил себя Боб, он верит, та, в осуществлении которой ему будут мешать. Но Свэггер понимал, что, если откажется от плана, это станет первым шагом к поражению. Основная задача была следующей: отыскать предмет, заминировать все вокруг дымовыми шашками и шоковыми гранатами, вывести из строя транспорт — ничего мудреного, просто продырявить колеса ледорубом, — после чего скрыться. К тому времени, как ребятам удастся поставить машины на ход, Боба уже и след простынет, и им придется звонить хозяевам, вызывать ищеек и снайперов-профи из «Грейвульфа», чтобы его выследить.

Но Боб понимал, что эта надежда — несбыточная мечта. В реальности будет хреново.

Впереди его ждет много боли.

Ему придется дорого заплатить.

И тут Боб подумал: «Черт возьми, я уже слишком стар для всего этого дерьма. Несколько лет назад я разменял седьмой десяток, и сейчас мне полагается сидеть в кресле-качалке, а не мазать грязью лицо и ползти по-пластунски тысячу ярдов вниз по склону в костюме, похожем на куст, чтобы проникнуть в дом, выбраться наружу и унести ноги, однако вместо этого мне, скорее всего, будут долго и с чувством колотить по заднице, до тех пор, пока я не потеряю человеческое обличье.

Мне это совсем не нужно».

Затем Боб огляделся вокруг, и, как обычно, рядом никого не оказалось. Если не он, то кто? Рассказать все федералам. Но это лишь откроет банку с червями, и всевозможные адвокаты, политики и прочие гады устремятся в дело, пока что такое четкое и ясное и требующее решительных мер и правосудия.

Такова реальность. Другого выхода нет.

Замаскировав лицо, Боб начал долгий путь ползком.