Проведя неделю в гостевом доме, мы поехали в Харипур, где жила одна из моих теток. За четыре месяца мы уже в четвертый раз снимались с места. Я не сомневалась – переезжать из города в город лучше, чем жить в лагере для беженцев и часами стоять под палящим солнцем в очередях за водой и пищей. Но я очень скучала по нашей долине. В Харипуре я встретила свой двенадцатый день рождения. Все, даже отец, забыли об этом событии. Всем было не до того. Я с грустью вспоминала, как весело мы отмечали мой день рождения год назад. Дома устроили праздник, я задула свечи на торте и загадала желание. На этот раз ни торта, ни свечей не было, но самое заветное мое желание осталось прежним. Я хотела, чтобы в нашу долину вернулся мир.

Часть третья

Три девочки – три пули

Это чужая земля – не город твоих королей!

16. Долина печали

Все происходящее казалось сном. Мы не были дома три месяца и вот теперь возвращались в родную долину. Когда мы миновали пик Черчилля, древние руины на холме, гигантскую Буддийскую ступу и увидели реку Сват, отец не смог сдержать слез. Вся долина находилась под контролем правительственных войск. Прежде чем мы добрались до перевала Малаканд, армейские патрули несколько раз проверили, нет ли в нашей машине взрывных устройств. Когда мы миновали перевал, выяснилось, что дорога, ведущая в долину, сплошь покрыта контрольно-пропускными пунктами. Солдаты, вооруженные автоматами, стояли на крышах почти всех домов.

Проезжая мимо деревень, мы видели разрушенные дома и сожженные машины. Все это напоминало старые фильмы о войне или видеоигры, столь любимые моим братом Хушалем. Въехав в Мингору, мы были ошеломлены. Во время операции по очистке города от талибов на улицах шли бои, и стены домов были испещрены выбоинами от пуль. Взорванные здания, которые талибы использовали в качестве укрытий, лежали в руинах. Повсюду валялись груды обломков, искореженного металла и сбитых вывесок. Витрины большинства магазинов были закрыты железными ставнями; этим магазинам удалось избежать разграбления. На безлюдных улицах царила тишина, словно город был поражен чумой. Странно было видеть совершенно пустой автовокзал, где всегда царила суета, теснились автобусы и рикши. Сквозь трещины на мостовой пробивалась трава. Я и представить не могла, что мой город может выглядеть подобным образом.

Но талибы исчезли, и это не могло не радовать.

Мы вернулись 24 июля 2009 года, через неделю после того, как наш премьер-министр объявил, что долина Сват освобождена от власти талибов. Он призвал жителей Свата возвращаться в свои дома, пообещав, что в самом скором времени в провинции будет восстановлено газоснабжение, откроются государственные учреждения и банки. Почти половина населения долины, насчитывающего 1,8 миллиона, покинула Сват. Судя по всему, в большинстве своем жители не верили, что могут вернуться домой, не подвергая себя опасности.

В полном молчании мы доехали до нашего дома. Даже мой маленький брат Атал, обычно болтавший без умолку, притих. Наш дом располагался около здания армейской штаб-квартиры, поэтому мы боялись, что он разрушен до основания. До нас доходили слухи о том, что многие дома в Мингоре разграблены. Затаив дыхание, мы ждали, когда отец отопрет ворота. Войдя во двор, мы увидели, что за три месяца нашего отсутствия сад превратился в джунгли.

Братья поспешили проверить, живы ли их обожаемые цыплята, и вернулись, рыдая в голос. От цыплят осталось две кучки костей и перьев. Они умерли от голода.

Мне было очень жалко несчастных цыплят, но надо было проверить, целы ли мои собственные сокровища. К своей великой радости, я обнаружила, что сумку с книгами никто не тронул. Я возблагодарила Бога за то, что Он услышал мои молитвы и ответил на них. Благоговейно вынимая книги из сумки, я с любовью рассматривала каждую из них. Учебники по математике, физике, урду, английскому, пушту, химии, биологии, основам ислама, истории Пакистана. Наконец-то я снова смогу без страха ходить в школу.

Обессилев от пережитых волнений, я опустилась на кровать.

Нам крупно повезло, что наш дом уцелел. Несколько домов на нашей улице подверглись разграблению, мародеры забрали все, что хозяева не смогли увезти с собой, – телевизоры, холодильники, украшения. Наша соседка, мать моей подруги Сафины, поместила свои золотые украшения в банковский сейф, надеясь, что там они будут в безопасности. Но даже банки были разграблены.

Отец, охваченный беспокойством, отправился проверить, в каком состоянии находится здание школы. Я пошла с ним. В дом, стоявший напротив школы для девочек, попал снаряд, но сама школа снаружи была цела и невредима. Почему-то отец не смог открыть ворота своим ключом, и нам пришлось найти мальчика, который вскарабкался на стену, спрыгнул во двор и открыл ворота изнутри. Ожидая самого худшего, мы поднялись по ступенькам.