Читаем Я – Малала полностью

В день, когда состоялась церемония выдачи школьных наград, на которой присутствовали родители, многие мальчики произносили речи. Некоторые девочки тоже выступали, но не на публике. В классе был установлен микрофон, в который мы говорили, а наши речи транслировались в актовый зал. Но я привыкла к публичным выступлениям, поэтому смело вышла вперед и прочла перед всеми учениками и родителями наат, стихотворение, прославляющее Пророка, да пребудет с ним мир. После этого я спросила у учителя, могу ли я прочесть что-нибудь еще, и, когда он утвердительно кивнул, прочла еще одно стихотворение – о том, что осуществление наших заветных желаний требует упорного труда. «Только после тщательной огранки алмаз становится драгоценностью», – говорилось в этом стихотворении. После этого я рассказала о своей великой тезке, Малалай из Майванда, девушке, превосходившей целое войско силой и смелостью, героине, сумевшей при помощи нескольких слов поднять боевой дух своих соотечественников и вдохновить их на победу над британцами.

Люди, сидевшие в актовом зале, смотрели на меня с недоумением. Возможно, они сочли меня городской воображалой, которая перед ними выделывается. Возможно, удивлялись, что девочка вышла на публику с открытым лицом.

Мне нравилось проводить время с двоюродными братьями и сестрами, но я очень скучала по своим книгам. С тоской я вспоминала оставленную дома сумку, где лежали «Оливер Твист» и «Ромео и Джульетта», книги, которые я так и не успела прочитать, и DVD с моим любимым сериалом «Дурнушка Бетти». Впрочем, сейчас мы переживали не менее серьезную жизненную драму, чем те, что выпали на долю героев книг и фильмов. В нашу налаженную счастливую жизнь ворвалась злая сила, которая заставила нас бросить дом и пуститься в путь. Теперь нам оставалось только ждать счастливого конца. Я вздыхала по книгам, братья – по своим цыплятам.

По радио мы слышали, что правительственные войска начали операцию по очистке Мингоры от боевиков. Несколько воздушно-десантных частей высадилось в городе, на улицах Мингоры начались рукопашные бои. Отели и правительственные учреждения талибы использовали в качестве бункеров. Через четыре дня армии удалось захватить три площади, включая Грин Човк, где талибы выставляли обезглавленные тела своих жертв. Вскоре правительственные войска захватили аэропорт, и через неделю весь город был в их руках.

Все мы очень беспокоились об отце. В Шангле мобильные телефоны практически не работали. Для того чтобы позвонить по мобильному, приходилось залезать на огромный валун, лежавший посреди поля. Но и здесь связь была очень плохой, и нам не удавалось толком поговорить с отцом. После того как мы провели в Шангле шесть недель, отец предложил нам перебраться в Пешавар, где он жил в одной комнате с тремя друзьями.

Я была счастлива увидеть отца вновь. Уже в полном составе наша семья отправилась в Исламабад. Там мы остановились у родителей Шизы, молодой девушки, звонившей нам из Стэнфорда. Вскоре стало известно, что Ричард Холбрук, американский посол в Пакистане и Афганистане, дает в отеле «Серена» пресс-конференцию, посвященную борьбе с Талибаном. Нам с отцом удалось на нее попасть.

Мы едва не опоздали, потому что я неправильно завела будильник. Отец очень сердился и по дороге почти со мной не разговаривал. Холбрук оказался грузным мужчиной с красным лицом и грубым резким голосом. Но люди утверждали, что благодаря его усилиям установился мир в Боснии. Я сидела неподалеку от него, и он спросил, сколько мне лет.

– Скоро будет двенадцать, – ответила я, встала и, стараясь держаться как можно солиднее, произнесла: – Уважаемый посол, прошу вас, помогите девочкам, живущим в нашей стране, получить образование.

Он рассмеялся.

– В вашей стране слишком много проблем, и мы не в состоянии их разрешить, – сказал он. – Мы тратим миллиарды долларов на экономическую помощь Пакистану. Вместе с вашим правительством мы работаем над тем, чтобы системы электро– и газоснабжения действовали у вас без перебоев. Но каждый новый день приносит новые проблемы.

Я дала интервью радиостанции, которая называлась «Power 99». Интервью очень понравилось сотрудникам радиостанции. Они сообщили нам, что в Абботтабаде у их станции есть гостевой дом, где мы можем пожить всей семьей. Мы провели там около недели. К своей великой радости, я узнала, что Мониба тоже в Абботтабаде, так же как и другие наши подруги и некоторые учителя. Мы с Монибой не разговаривали со дня нашей ссоры накануне отъезда из Мингоры. По телефону мы договорились встретиться в парке. Я купила для нее печенья и бутылку пепси.

– Мы поссорились по твоей вине, – первым делом заявила она.

Я не стала спорить, потому что хотела сохранить дружбу, а не выяснять отношения.