Но вернусь к самой машине. Ее фюзеляж имел 32,5 метра в длину, 3,5 в ширину и 2,5 в высоту. В первом отсеке располагались салон и кабина штурмана; во втором помещались летчики, радист, пассажиры; в третьем — центральная телефонная станция, секретариат, туалет; в четвертом — буфет, склад киноустановок, фотолаборатория, радиооборудование; пятый оставался пустым. Учитывая особое назначение машины, кроме 72 пассажиров самолет нес на себе типографию и много чего еще. При этом площадь жилья, если можно так сказать, составляла как-никак 100 квадратных метров.

Увы, просуществовал «Максим Горький» недолго. Авторитетный историк авиации повествует: «18 июля 1935 года самолет погиб. Летчик ЦАГИ Н. Благин, сопровождая его на самолете И-5, решил сделать петлю вокруг крыла самолета-гиганта.

Истребитель И-5.

Петлю сделал неграмотно и ударился в его крыло. Погибли 46 человек: летчик ЦАГИ Журов, летчик эскадрильи Михеев, 10 человек экипажа, 33 пассажира и виновник катастрофы — Благин». Мне представляется, историк слишком категоричен и суров в оценке виновника несчастья. Но, так или иначе, в сознании целого поколения «Максим Горький» запечатлелся машиной трагической. А в последнее время делаются и вовсе не убедительные попытки изобразить катастрофу как диверсию. Невозможно объяснить и тем более оправдать подобные «сенсации». Позор ворошить могилы всуе. И во имя чего?

Флагман «Максим Горький» погиб, но самолет АНТ-20, в аэрофлотовском обозначении ПС-124 — прямой наследник «Максима Горького», долго трудился на регулярной авиалинии Москва — Минеральные Воды.

Самолет ПС-124.

Позже, во время войны, продолжал безаварийно летать в Средней Азии. Было бы справедливо сохранить «Максима Горького» в народной памяти не символом нелепой трагедии — машина-то в ней вовсе не виновата! — а живым напоминанием: отважные идеи бесследно не исчезают.

ОНИ БЫЛИ ПЕРВЫМИ

Любовь Александровна ГАЛАНЧИКОВА. В свое время я спросил старого летчика, испытавшего себя в самых разных амплуа, вплоть до солиста Большого театра, может ли он мне рассказать что-нибудь о Любови Галанчиковой. Он прищурился и поинтересовался: «А что вам говорит имя Молли Море?» «Первый раз слышу», — признался я. «Так вот, к вашему сведению, это был сценический псевдоним Галанчиковой, она ведь поначалу была певицей, пользовалась успехом и популярностью. А потом слетала с Ефимовым и — все!» Но чтобы стать профессиональным пилотом, закончить школу Первого российского товарищества воздухоплавания «Гамаюн» и получить диплом пилота-авиатора № 56 оказалось мало.

Чтобы даме летать, ей нужен собственный аэроплан, такие в ту пору были порядки. Ей повезло: один из весьма богатых почитателей таланта певицы обещал выполнить любую ее просьбу. Она ответила: «Хочу аэроплан». И получила.

Так с афиш исчезло имя Молли Море и появилось подлинное имя Любови Галанчиковой. Ее публичные полеты пользовались колоссальным успехом. Народ подкидывал в воздух шляпы, шапки, палки, зонтики, выражая таким способом свои чувства. К сожалению, восторги публики добром не кончились — одна из палок попала в винт «Фармана», когда Галанчикова заходила на посадку. Аппарат рухнул. Пилот получила сотрясение мозга и массу ушибов.

Поправившись, она вновь стала летать.

На Корпусном аэродроме в Петербурге Любовь Александровна познакомилась с Антони Фоккером, авиатором и предпринимателем. Он пригласил ее в Берлин. Там в ноябре 1912 года, во время международных авиационных состязаний, она установила рекорд высоты для женщин — 2200 метров. И Фоккер предложил ей поработать в его фирме. Рекламируя самолеты «Фоккер», она облетала всю Европу…

Самолет «Спинн» А. Фоккера.

Пришло время обустроить личную жизнь. И Галанчикова вышла замуж. Жила в Москве. Во время революции вместе с мужем уехала во Францию. Овдовев, перебралась в Америку. Работала на автомобильном заводе, была водителем такси. Увы, жизнь этой выдающейся женщины стремительно шла под откос. Скончалась она в семьдесят два года на чужбине, в печальном одиночестве.

ЧЕРЕЗ НЕВОЗМОЖНОЕ

Едва ли не с самых первых дней существования авиации не утихают споры о пользе и целесообразности установления рекордов. Удовольствие это дорогое, рекордные полеты всегда рискованны, а какая от них польза?

Сторонники говорят: прежде всего рекордные полеты показывают, какого уровня может достигнуть наша авиация завтра. Эти полеты, как маяки, намечают дорогу в будущее. Ну и, конечно, они позволяют объективно оценивать предельные возможности экипажей. Лучшие летчики мира тысячи раз перешагивали через, казалось бы, невозможное, и вскоре рекордное делалось повседневным.

Можно принимать такое пояснение целесообразности рекордных полетов, полностью с ним соглашаясь, можно — частично, можно не принимать вовсе. Сам же я думаю, что главное — понимать, для чего ты идешь на рекорд, какую цель преследуешь… Впрочем, буду конкретен.