Читаем И плачут ангелы полностью

Все были наслышаны об этой истории, но удивились тому, что Родс вслух вспомнил о столь унизительном инциденте. Президент Крюгер велел чернокожему слуге отнести одному из самых богатых и влиятельных людей в мире записку следующего содержания: «В данный момент я слишком занят. У одного из горожан заболел бык, и хозяин просит моего совета. Приходите во вторник».

— Видит Бог, мистер Родс сделал все, что в его силах! — прервал смущенное молчание доктор Джеймсон. — Нарываться на новые оскорбления равносильно унижению не только для самого мистера Родса, но и для ее величества и всей империи. — Доктор помолчал, оглядывая всех по очереди: сосредоточенные слушатели внимательно ждали продолжения. — Что можно сделать в этой ситуации? Как нам следует поступить?

Мистер Родс тряхнул головой и посмотрел на молодого офицера в роскошном мундире:

— Что скажете, Бобби? — Господа, как вам известно, я недавно вернулся из Трансвааля. — Бобби Уайт поставил на стол кожаный портфель и достал из него стопку бумаги.

Каждый из сидевших за столом получил экземпляр. Ральф глянул на свой и вздрогнул: это была диспозиция армии Южно-Африканской Республики. От изумления Ральф не сразу расслышал, что говорил Бобби Уайт.

— Форт в Претории сейчас расширяют и ремонтируют. Для этого стены пробили, то есть крепость уязвима для небольшого, решительно действующего отряда.

Ральф не верил своим ушам.

— Не считая артиллерийского корпуса, регулярной армии нет. Как следует из отчета, защита Трансвааля возложена на гражданские формирования. Чтобы собрать достаточное количество людей, потребуется от четырех до шести недель.

Мистер Родс повернулся к Перси Фицпатрику:

— А вы что скажете?

— Знаете, как называет Крюгер тех, кто вкладывает капитал и ресурсы в развитие золотодобывающей промышленности Трансвааля? Он зовет нас «уитлендеры», то есть чужаки. Мы, уитлендеры, создали комитет реформ Йоханнесбурга. Я имею честь быть одним из выборных представителей комитета, поэтому говорю от имени каждого англичанина в Трансваале. — Перси помолчал, тщательно пригладил усы и продолжил: — Я принес два послания. Первое — простое и короткое: «Мы настроены решительно и единодушны во мнении. Вы можете полностью на нас положиться».

Все согласно кивнули. По коже Ральфа побежали мурашки: это не шутка, не мальчишеские забавы. Собравшиеся здесь люди планируют самый дерзкий разбой за всю историю человечества!

Фицпатрик продолжал говорить, и Ральф с трудом сохранял на лице вдумчиво-спокойное выражение.

— Второе послание представляет собой письмо, подписанное всеми членами комитета. Оно адресовано доктору Джеймсону как управляющему Родезии, и, с вашего разрешения, я зачитаю его:

Йоханнесбург

Уважаемый доктор Джеймсон!

Положение в стране стало критическим, и мы убеждены, что в недалеком будущем произойдет столкновение между уитлендерами и правительством Трансвааля.

Ральф понял, что письмо подготовлено с целью оправдать вооруженное восстание.

Нами управляют немцы и голландцы, которые совместно с бурскими предводителями пытаются навязать нам образ жизни, совершенно чуждый британскому народу…

«Они собираются силой оружия захватить богатейшее в мире месторождение золота!» — подумал Ральф.

… Когда в Фольксрааде Трансвааля рассматривалось наше прошение о лицензировании, один из членов парламента заявил, что уитлендеры должны бороться за предоставление тех прав, о которых просят. Его слова не вызвали возражений со стороны остальных членов. Правительство Трансвааля само подготовило почву для вооруженного противостояния.

В сложившихся обстоятельствах нам не остается ничего другого, кроме как просить Вас, как англичанина, прийти нам на помощь в случае возникновения конфликта. Мы гарантируем возмещение любых связанных с этим расходов. Поверьте, что лишь крайняя необходимость заставила нас обратиться к Вам за помощью.

Взглянув на доктора Джима, Фицпатрик продолжил:

— Письмо подписали все члены комитета: Леонард, Филлипс, брат мистера Родса Фрэнсис, Джон Хэйс Хэммонд, Фаррар и я. Дату мы не поставили.

Сидевший во главе стола Зуга Баллантайн присвистнул, остальные хранили молчание. Джордан обошел всех, наполняя рюмки коньяком из хрустального графина. Мистер Родс сидел, подперев подбородок ладонью, и задумчиво смотрел в окно — на далекие голубые силуэты Холмов Вождей, где когда-то стоял крааль короля матабеле.

Никто не проронил ни слова, ожидая, что скажет Родс.

Он тяжело вздохнул.

— Я предпочитаю выяснить, сколько человек стоит, и заплатить эту цену, вместо того чтобы драться с ним. Однако в данном случае это невозможно. Боже, избавь нас от святых и фанатиков, лучше уж иметь дело с прожженными пройдохами… Говорите, доктор Джим.

Откинувшись на стуле так, что тот балансировал на задних ножках, доктор Джеймсон сунул руки в карманы и заговорил:

— В Йоханнесбург нужно отправить пять тысяч ружей и миллион патронов…

Невольно заинтригованный Ральф прервал его:

— Где вы, то есть мы возьмем столько оружия? Это не самый ходовой товар.