Читаем И плачут ангелы полностью

— Для обычного белого все черные на одно лицо, — объяснила Лейла. — Нет ни пропусков, ни паспортов, каждый поселок служит базой, почти все черные — союзники. Если не брать с собой оружие и взрывчатку, то можно свободно пользоваться автобусами и поездами, без проблем проходя через КПП.

— Понятно. В общем-то мне все равно, каким образом, главное — чтобы мое сообщение попало в Лусаку как можно скорее.

— Самое позднее — к началу следующей недели, — пообещала Лейла.

— Отряд Баллантайна собирается провести крупную операцию по уничтожению Инкунзи и его помощников на конспиративной квартире в Лусаке.

— Не может быть! — вскрикнула Лейла.

— Боюсь, что может — если мы не успеем его предупредить. Слушай внимательно и запоминай все подробности.

Дребезжащий старый автобус спускался по извилистой дороге в холмах, оставляя позади грязный шлейф выхлопных газов, который лениво таял под легким ветерком. На крыше автобуса были привязаны свертки, картонные коробки, дешевые чемоданы, сплетенные из коры и прутьев клетки с кудахчущими курами и прочие непонятные предметы.

Увидев КПП, водитель ударил по тормозам. Болтовня и смех в салоне стихли, наступила тягостная тишина. Как только автобус остановился, черные пассажиры вышли через переднюю дверь и под руководством вооруженных полицейских разбились на группы соответственно полу: мужчины отошли в одну сторону, женщины с детьми — в другую. Тем временем два черных констебля проверили пустой салон: нет ли под сиденьями беглецов и спрятанного оружия.

Товарищ Тунгата Зебиве стоял в кучке пассажиров мужского пола. Одетый в рваную рубаху и короткие штаны, в мятой шляпе и грязных дырявых теннисных туфлях, из которых торчали наружу пальцы, он ничем не выделялся среди множества неквалифицированных, переезжающих с места на место работников, которые и составляли подавляющее большинство рабочей силы в стране. Обычная полицейская проверка ему ничем не угрожала, но на этот раз обычной проверкой явно не обойдется.

Тунгата переправился через Замбези в темноте, воспользовавшись бродом, преодолел минное поле и направился на юг по заброшенной дороге. Возле шахт Уанки он вышел на шоссе. С собой у него были поддельные документы, согласно которым он два дня назад уволился с шахт, — этого хватило бы, чтобы спокойно пройти через любой КПП. Однако через два часа поездки в набитом битком автобусе, уже приближаясь к Булавайо, Тунгата внезапно понял, что среди пассажиров есть еще один курьер ЗИПРА — он узнал девушку-матабеле, вместе с которой проходил подготовку в учебном лагере в Замбии. Она была одета как крестьянка, на спине, как и положено, привязан младенец. Пока автобус мчался на юг, Тунгата незаметно разглядывал женщину, надеясь, что у нее нет при себе ничего, что могло бы ее выдать. Если она везет что-то недозволенное и ее поймают на КПП, то всех пассажиров тщательно проверят, включая отпечатки пальцев, а отпечатки Тунгаты, как бывшего сотрудника государственного учреждения, хранились в архиве.

Девушка, его союзница и товарищ по борьбе, в данной ситуации представляла смертельную опасность. Она была всего лишь пешкой, курьером, ее жизнь ничего не стоила — вопрос в том, что именно она перевозит. Тунгата тайком изучал женщину, пытаясь определить, выполняет ли она задание или нет. Внезапно он обратил внимание на привязанного на спине младенца — и похолодел от ужаса: курьер явно что-то везла с собой. И если ее схватят, го Тунгата почти наверняка тоже попадется.

Вместе с другими пассажирами мужского пола Тунгата стоял в очереди, ожидая обыска. С другой стороны автобуса женщины-полицейские тщательно обыскивали пассажирок. Девушка стояла пятой в очереди, потряхивая спящего на спине ребенка. Его головка безвольно моталась из стороны в сторону.

Тунгата больше не мог ждать.

Он протолкался в передние ряды очереди и тихонько заговорил с черным сержантом, который руководил обыском. Тунгата намеренно показал пальцем на стоявшую в ряду женщин девушку-курьера. Увидев указывающий на нее палец, она посмотрела вокруг и бросилась бежать.

— Держите девку! — рявкнул сержант.

Бегущая девушка отвязала кусок ткани, в котором несла ребенка, и черное тельце упало на землю. Освободившись от груза, курьер попыталась скрыться в густых зарослях колючих кустов вдоль обочины. Однако КПП для того и предназначался, чтобы не допустить подобных побегов: из укрытия в кустах поднялись двое полицейских. Девушка метнулась обратно, но было уже поздно — удар прикладом заставил ее растянуться на траве. Курьера притащили к автобусу, хотя она брыкалась, плевалась и рычала, как дикая кошка. Поравнявшись с Тунгатой, она завопила:

— Предатель! Мы тебя с потрохами сожрем! Шакал, чтоб ты сдох!

Тунгата смотрел на нее безразличным взглядом.

Один из констеблей поднял голого ребенка, брошенного девушкой, и вскрикнул от неожиданности.

— Он холодный! — Полицейский осторожно перевернул тельце, и крохотные ручки безжизненно повисли. — Малыш мертв!.. — ошеломленно сказал он и осекся. — Смотрите! Ничего себе!