Читаем И плачут ангелы полностью

— Ты что, не слышал? Я говорю, что собираюсь жениться на ней.

— А она в курсе твоих планов?

— Пока нет. Как созреет, я ей об этом сообщу.

— Ты имеешь в виду, сделаешь предложение?

— Старина Роли предложений не делает, он ставит в известность. Ну же, тебе положено сказать «Поздравляю! Надеюсь, вы будете очень счастливы».

— Поздравляю! Надеюсь, вы будете очень счастливы.

— Вот и молодец. Пойдем, я налью тебе стаканчик.

Они пошли подлинному коридору, разделявшему дом пополам, но не успели дойти до веранды, как в прихожей зазвонил телефон.

— Я позову его, не кладите трубку, — послышался голос тетушки Валери. — Роланд, тебя Гепард вызывает! — крикнула она.

«Гепард» был кодовым обозначением базы отряда Баллантайна.

— Иду! — откликнулся Роланд и поспешил в прихожую. — Баллантайн у телефона… Вы уверены, что это именно он? Ей-богу, удача сама идет к нам в руки! Когда вы сможете прислать за мной вертушку? Уже вылетела? Прекрасно! Возьмите их в кольцо, но без меня не атакуйте. Я сам хочу взять этого голубчика.

В коридор Роланд вернулся совсем другим человеком: в его взгляде горела та же холодная безжалостность, которую Крейг видел на корте.

— Малыш, сделай мне одолжение — нужно отвезти Козю в город. Я уезжаю.

— Конечно, не беспокойся.

Роланд вышел на веранду. Последние гости расходились по машинам, собирая по пути детей и нянь, прощаясь и выкрикивая приглашения на следующую неделю. Было время, когда веселье затянулось бы далеко за полночь, но теперь все спешили оказаться дома пораньше: после четырех часов дня на сельских дорогах хозяйничали террористы.

Джанин Карпентер, смеясь, пожимала руки паре с соседней фермы.

— Конечно, с удовольствием к вам заеду, — сказала она и, заметив выражение лица Роланда, поспешила к нему. — Что случилось?

— Я уезжаю. Малыш о тебе позаботится. Я позвоню.

Собранный и отстраненный, он вглядывался в небо. Раздался рокот мотора: над холмом показался вертолет, окрашенный в неприметный тускло-коричневый цвет. Возле раскрытого люка стояли два бойца — один белый, другой черный, — оба в камуфляже и полной боевой выкладке.

Роланд подбежал к садящемуся на лужайку вертолету и, не дожидаясь, пока колеса коснутся земли, протянул руки сержанту-матабеле, который помог ему запрыгнуть в кабину. Вертолет стал подниматься, задрав хвост вверх. Крейг успел заметить, что Роланд сменил берет на облегающую шапочку и с помощью сержанта натягивал камуфляж.

— Роли попросил меня отвезти вас домой. Вы ведь в Булавайо живете? — спросил Крейг, когда вертолет исчез из виду и грохот мотора стих.

Джанин, все еще глядя вслед вертолету, не сразу отреагировала на вопрос.

— Да-да, в Булавайо. Спасибо.

— Сегодня вечером мы не успеем вернуться: скоро на дорогах станет небезопасно. Я собирался переночевать у деда.

— Баву?

— Нет, но очень хотела бы познакомиться. Роланд мне столько про него рассказывал, просто животики надорвешь. Как вы думаете, для меня там найдется кровать?

— В Кингс-Линн двадцать две свободных кровати.

Джанин сидела на переднем сиденье «лендровера», ее волосы поблескивали, развеваясь на ветру.

— Почему Роланд называет вас Козя? — Крейгу пришлось повысить голос, чтобы перекричать шум двигателя.

— Я энтомолог! — крикнула она в ответ. — Ну, знаете, жучки, бабочки и прочие козявки!

— Где вы работаете?

Поток прохладного вечернего воздуха плотно прижимал одежду к коже, выставляя напоказ небольшие аккуратные груди. От холода темные пупырышки сосков выступили под тонкой тканью: было совершенно очевидно, что лифчик девушка не носит. Крейг с трудом отвел взгляд.

— Я работаю в музее. Вы знаете, что у нас лучшая коллекция тропических и субтропических насекомых? Такой нет ни в Смитсоновском институте, ни в Музее естественной истории в Кенсингтоне.

— Здорово!

— Извините, иногда со мной со скуки помереть можно.

— Ничего подобного!

Она благодарно улыбнулась, но все же сменила тему:

— Как давно вы знаете Роланда?

— Двадцать девять лет.

— А сколько вам лет?

— Двадцать девять.

— Расскажите мне о Роланде.

— Что можно рассказать о том, кто не имеет ни единого недостатка?

— Ну расскажите хоть что-нибудь, — подбодрила она.

— В школе он был старостой и капитаном команд по регби и крикету. Получил стипендию Родса в Оксфорде, закончил Ориэл-колледж. Входил в сборные команды Оксфорда по гребле и крикету, а также по теннису. Полковник в отряде Баллантайна, серебряный крест за доблесть, наследник состояния в двадцать с лишним миллионов долларов. В общем, так, ничего особенного, — пожал плечами Крейг.

— Вы его недолюбливаете, — упрекнула она.

— Я его обожаю, — возразил Крейг. — Правда, по-своему.

— Вы больше не хотите о нем разговаривать?

— Давайте лучше поговорим о вас.

— Ладно, что бы вы хотели узнать?

Ему захотелось вновь увидеть улыбку Джанин.

— Начните со дня рождения и ничего не упускайте.

— Я родилась в деревушке в Йоркшире, мой папочка был ветеринаром.

— Когда родились? Я же попросил ничего не упускать!

Джанин лукаво блеснула глазами.

— Как тут у вас говорят про неопределенную дату? До Великой коровьей чумы?

— Это было в девяностых годах прошлого века.