Читаем I измерение полностью

С утра потянулись енисейцы на работу: вот Шурка в беличьей шубке простучала каблуками на крыльцо сельсовета под неодобрительные взгляды баб, собравшихся тут же.

– Она на работе так и родит, – шмыгая носом, сказала бабка Стюрка.

– На работе забрюхатела, да тут же и родит, – подтвердила Шапошникова. – Ей боязно такую должность-то бросать. Вот она и ходит до победного. Сознательность кажет.

– Что все девки как взбесились, что не глянешь – все брюхата идет. Гуторят, Данилова и то…

– Да ты что?!

– Да неужто?! – послышались удивленные голоса из толпы.

– Дарья сама мне рассказывала , что родила у нее Танюха мальчишку, назвала Никитой. А сама она очень болеет. Вот Дарья и поехала к ней.

Но тут разговор оборвался. К сельсовету с не свойственной быстротой бежала бабка Нюрка Сковородникова. Она влетела в сельсовет и заголосила: «Ой, роднинка мое, машину дай, свести Людку надо в Назимовск. Ой, быстрей, не то помрет!»

– Что случилось, мама, можете объяснить?

Но бабка Нюрка не могла, со слезами в голосе она повторял одно и тоже, пока не дали машину.

* * *

После работы Митяй принялся топить баню, Ленка уехала на станцию встречать Петра. С ней поехала и Дуня, сестра Петьки. В Назимовск на обратной дороге к ним присоединился пьяный Мишка Мейдзи, который все время лез с объятиями и горланил пьяные песни.

– У меня двойня! Имею я право на праздник или нет? – серьезно спрашивал он у попутчиков. Те снисходительно кивали. Что делать, не высаживали ведь среди леса ночью при таком морозе, да еще и пьяного, грех на душу брать.

Дуня и Ленка вышли у дома Дегтяревых. Петька пошел отводить еле державшегося на ногах Мейдзи. Дома ждала Глафира Петровна. Втроем женщины приготовили все надлежащее для встречи гостя, сели за стол. Разговор почему-то не шел. Непонятное чувство тревоги росло в Ленке. Она то и дело прислушивалась: не идет ли Петька. Но Петька не шел долго. После полутора часового ожидания Ленка встала, сорвала платок с вешалки. Вдруг послышались быстрые шаги, стукнула калитка. Митяев побледнела, почти одними губами сказала напряженным Дуне и тете Глаше

– Это не он…

В окно нетерпеливо забарабанили. Ленка кинулась в сени, распахнула входную дверь.

– Митяева у вас? – на пороге стояла Анна Павловна, жена председателя, – Ленка! – крикнула она, узнав девушку, – Горишь! Баня горит!

Все остальное вспоминалось Ленке как страшный сон. С этих слов все полетело с неимоверной скоростью. В мгновение ока Митяева добежал до своего дома. Тут уже трудились енисейцы, поспешно передавая ведра по цепочке, растянувшейся от ближайшего колодца до бани. Ленка кинулась в дом, отца нигде не было. Митяева выскочила на улицу, рванулась к бане, отталкивая всех подряд с неимоверной силой, повторяя: «Там мой батька, пусти!» Но все-таки удержали, не пустили.

Медленно стала заваливаться крыша. Люди отошли на безопасное расстояние. Вызволить хоть кого-нибудь оттуда не представлялось возможным. Да и не было там никого живого.

Оцепеневшею Ленку привела к себе Лебедева Марья Тихоновна, просидела с нею до самого утра. Все успокаивала: «Может, его там не было, может, он запил да ушел». Ленка знала, что отец был в тот момент в бане. Одного только она не могла понять, как получилось так, чтобы баня загорелась, да еще так мгновение ока со всех сторон разом.

Уже на следующий день приехал следователь и стал осматривать место пожара. Это было в диковинку енисейцам, ведь каждый год в деревне кто-то горел, и никто не уделял такого внимания пожарам. Погорельцам, конечно, помогали всем миром. Вот и теперь в дом Лебедевых, где, как часовой, расхаживала без устали Ленка, шли люди подбодрить пострадавшую.

А в это время следственная группа вынесла из пепелища обгоревшие человеческие останки. И все это так бы и окончилось случайностью, несчастным случаем, если бы не нашли рядом с пепелищем нож.

Следователь – Калина Иванович Петренко вошел в дом Лебедевых, положил грязный, обгоревший нож с запекшейся кровью на лезвии, и спросил:

– Вам знаком этот предмет, гражданка Митяева?

Ленка взглянула и тут же узнала этот нож.

– Да, – дрогнувшим голосом сказала она.

– Когда и при каких обстоятельствах вы его видели, и у кого?

– Этот нож я видела у Петра Дегтярева.Е его подарил отец.

– Откуда вы это знаете?

– Петя рассказывал.

– Он всегда носил нож при себе?

– Да, всегда.

– Вы можете объяснить следствию, как данный нож оказался у вас в бане?

– Нет, этого объяснить, к сожалению, не могу.

– Когда последний раз вы видели товарища Дегтярева?

– Вчера вечером. Мы с его сестрой Авдотьей встретили Петра на станции Назимовск. С нами увязался пьяный Мейдзи и Петя пошел его провожать, чтоб он нигде не упал и не замерз. Больше я его не видела.

– Откуда ехал Дегтярев?

– Из Севастополя.

– Ну что ж, спасибо, будем работать дальше. До свидания.

Ленка тупо кивнула, следователь вышел и направился к дому Дегтяревых. Навстречу Петренко вышел высокий шатен с холодным зелеными глазами.

– Калина Иванович Петренко, представился следователь, показывая документы. – Вы – товарищ Дегтярев?

Шатен медленно кивнул, спокойно осматривая удостоверение следователя.