Читаем Hungary’s Cold War полностью

На самом деле Советы не надеялись на принятие этого предложения, а считали вопрос о мирном договоре важным с пропагандистской точки зрения. Поэтому с 1958 года и до середины 1960-х годов, в том числе и под давлением руководства ГДР, они постоянно муссировали мысль о том, что если соглашение не будет достигнуто, то Советский Союз и страны Восточного блока подпишут с ГДР отдельный мирный договор. На самом деле они не рассматривали всерьез и этот вариант, поскольку это означало бы грубое нарушение договоренностей четырех держав по Германии по итогам Второй мировой войны, что поставило бы под угрозу формирование отношений между Востоком и Западом. Поэтому, несмотря на угрожающую риторику Хрущева, этот шаг так и не был предпринят.

В 1959-1961 годах советское руководство пыталось добиться одобрения вышеупомянутой программы представителями западных держав, прежде всего США, на различных переговорах на высшем уровне, например, во время визита Хрущева в Америку в сентябре 1959 года, а также на саммите сверхдержав с Кеннеди в Вене в июне 1961 года. Страны-участницы Варшавского договора единодушно поддержали как общую советскую кампанию, так и самостоятельные шаги руководства ГДР. Запад, однако, с самого начала отверг этот план, поскольку он был воспринят - и вполне обоснованно - как изменение европейского статус-кво, созданного в 1945 году, и, кроме того, без какой-либо взаимности. Кроме того, Западный Берлин имел символическое значение с точки зрения защиты и распространения западного образа жизни, поэтому Запад считал сохранение нынешних позиций особенно важным. В соответствии с этим в июле 1961 года Кеннеди публично заявил, что Соединенные Штаты при необходимости защитят Западный Берлин с помощью оружия.

Коренные изменения, приведшие к огромному росту числа восточногерманских беженцев, произошли в 1961 году, что, несомненно, привело к возникновению критической экономической ситуации в стране: в первой половине года в ФРГ бежало более двухсот тысяч человек; таким образом, можно было предположить ежегодный 100-процентный рост.Это также означало, что в перспективе только в 1961 году ГДР покинули бы около четырехсот тысяч человек.²⁰ Главной целью заседания ПКК WP в марте 1961 года была подготовка стран-членов к ситуации, возникшей в результате односторонних шагов Москвы или восточногерманского руководства. В связи с этим была принята резолюция о значительном увеличении оборонного бюджета и интенсивном развитии кооперации военной промышленности в рамках советского блока. Участники встречи также обсудили вопрос о мирном договоре с Германией. Советские представители выступили с предупреждением: готовиться нужно уже сейчас, так как через "определенный период времени" ФРГ и Запад в целом выступят за экономический бойкот социалистических стран. В качестве ответных мер предлагалось, с одной стороны, ужесточить экономическое сотрудничество внутри блока, а с другой - перестроить западные экономические отношения стран блока таким образом, чтобы положить конец доминирующей роли ФРГ.

Кризис достиг своего пика, когда 13 августа 1961 года власти Восточной Германии, державшие подготовку к акции в строжайшем секрете, перегородили границу между восточным и западным секторами Берлина проволочным заграждением, а через несколько дней начали возводить Берлинскую стену. Руководство ГДР долгое время добивалось одобрения Хрущева на этот шаг, но это стало возможным только после того, как в июне на саммите с Кеннеди в Вене стало ясно, что США ни при каких обстоятельствах не согласятся на создание мирного договора, который должен быть подписан с двумя немецкими государствами.

В случае с Берлинским кризисом основным мотивом одностороннего "наступательного" шага ГДР было прекращение потока восточногерманских беженцев, поскольку его нынешние масштабы серьезно угрожали экономической и политической стабильности ГДР.І³ Решение, предложенное Советами, - сделать Берлин свободным городом - не устраивало Запад, поскольку не было никаких гарантий, что после вывода западных оккупационных войск ГДР не аннексирует Западный Берлин, что привело бы к радикальному изменению европейского статус-кво. В итоге единственным рациональным решением стало возведение Берлинской стены. Не случайно к началу августа 1961 года сам Кеннеди также считал это решение наиболее эффективным. "Он [Хрущев] должен что-то сделать, чтобы остановить поток беженцев - может быть, стену?" - риторически спросил он своего советника Уолта Ростоу. Услышав о закрытии границы сектора в Берлине, он отреагировал с большим облегчением и сказал, что это "не очень приятное решение, но стена чертовски лучше, чем война".