Читаем Гусариум полностью

Влад смотрел на него с удивлением. Выговор девушки показался ему странноватым, а Никита вмиг усвоил особенности простонародной речи. Не сразу Влад понял, что этому контрольного агента учили в каком-то невообразимом будущем.

— Что-то они притихли, — сказал Влад, имея в виду гренадеров.

Девушка знала в лабиринте не только ходы и выходы, но и дырки. Раздвинув мелкие веточки, она протиснулась в соседний коридор и исчезла.

— По-моему, он жив, — пробормотал Никита.

— Орал как живой, — согласился Влад.

— Пока стоял. А когда упал…

— Тоже что-то вякнул.

— Ох, хоть бы жив остался…

— Француз?

— Да.

Тут в голову Владу заявилась страшная мысль: если так и дальше пойдет, этот чудак позволит французам перестрелять весь Яшкин коллектив, включая лошадей, лишь бы ни одно драгоценное гренадерское здоровье не пострадало.

От Никиты следовало избавиться — и как можно скорее.

Убивать психа со справкой Влад, конечно, не собирался. Он только хотел бросить парня на произвол судьбы.

В этой ситуации невозможно было хоть как-то планировать будущее и смотреть дальше собственного носа. Главную задачу Никита определил: раздобыть еду и теплую одежду. Остальное приложится.

Ничего контрольному агенту не объясняя, Влад полез следом за девушкой. Она оказалась совсем близко и сквозь кусты смотрела на берег нижнего пруда. Французов там не было.

— Куда они подевались? — спросил Влад.

— Почем я знаю.

— А как отсюда вылезть?

— Тебе на что?

— Найду дерево, залезу, посмотрю сверху.

— А чего его искать…

Девушка, петляя, вывела Влада к дубу посреди лабиринта. Он совершенно потерял ориентацию и уже не понимал, где Никита. Дуб оказался с сюрпризом — в его кроне была устроена площадка на манер балкона, и к ней вела лесенка.

— Ничего себе! — удивился Влад.

— Это что, барин еще велел фонтан устроить, ступишь на камень — а оттуда струи вот так…

— Какой камень?

— Какими тропку вымостили, вот там, у беседки. Он любил чай в беседке пить… — Девушка вздохнула. — А теперь, поди, и преставился. С ним только Тришка оставался, другие-то разбежались, а Тришка — верный, он с барином и на войну ходил…

Забравшись на балкон, Влад полез выше, к верхушке. Оттуда он и увидел, что подводы с награбленным провиантом и привязанными коровами по одной движутся к дороге, сопровождаемые пехотой, но это бы еще полбеды — у парадного въезда в усадьбу обнаружилось с полсотни всадников. Прикинув, куда направляется обоз, Влад охнул: по лесной дороге, прямиком к тому месту, где были оставлены Яшка, Мишаня, Игорек и Таня.

С дерева он соскочил так, что перепугал девушку, — на пятачок у подножия, да еще с кульбитом.

— Сгинь, сгинь, сатана! — воскликнула она, крестясь.

— Молчи, дура. Я должен их обогнать. Выведи меня отсюда скорее. И Никите ничего не говори, поняла?

Влад принял решение мгновенно: контрольный агент будет спасать чужих, а не своих, он отвечает за двенадцатый год, а на то, что в двадцать первом веке не будет больше коллектива наездников-сальтоморталистов под руководством Якова Каллаша, ему начхать.

Девушка бегала неплохо, но продержалась метров четыреста, не больше. Однако направление указала верное и успела, задыхаясь, объяснить про тропинку, которая выводит к лесной дороге где-то посередке между усадьбой Полянских и какой-то загадочной Дьяковкой, куда, очевидно, направлялись грабители. План местности девушка рисовала пальцем по собственной ладони — понять было мудрено.

— Ну, прощай, красавица, — сказал ей Влад. — Как звать-то тебя?

— А Мотрей. А тебя? — Она вдруг застыдилась. — Чтоб знать, за кого Бога молить…

— Владом меня звать, Владиславом то есть… А ты — к попу вашему под охрану, к батьке Онуфрию, и сразу же!.. Ну, побежал я…

— С богом!

Влад не видел, что девушка перекрестила его спину.

Ему доводилось бегать с полной выкладкой, а сейчас из воинского снаряжения при нем был только тесак. Но другая беда подстерегала — короткие сапожки из выворотки, такие удобные на манеже, беготни по лесу не выдерживали — хоть веревкой обвязывай, а веревки-то и нет… Опять же, сапожки, только с виду похожие на гусарские ботики, были уже старенькие.

Но нужно было обогнать фуражирский обоз. И Влад бежал.

Неизвестно, куда бы его понесло, если бы он проскочил нужное место, но раздались выстрелы — а стрелять могли только французы по Яшкиному коллективу. Влад прибавил скорости, ориентируясь на звук, и выскочил на поляну.

Через эту поляну, багрово-красную от земляничных листьев, скакали Яшка, Мишаня, Таня и Игорек. За ними гнались усатые кавалеристы в киверах без султанов, в зеленых мундирах со светло-желтой отделкой, в зеленых штанах, впереди с пистолетом наготове — офицер, чья высокая шапка из черного меха была величиной с ведро.

Вот как раз, когда офицер, обернувшись, что-то крикнул по-французски всадникам, и явился на сцену военных действий Влад.

Вскочить с небольшого разбега на круп офицерской лошади было для него плевым делом. Подхватить француза под коленку и скинуть с седла — тоже, хотя никто Влада этой ухватке не учил. А дальше уж пошла чистая джигитовка.