Читаем Гуру и ученик полностью

Книга Гуру и ученик открывается вдохновляющей историей встречи Свами Абхишиктананды и Шри Джнянананды. Она глубоко раскрывает суть важности традиции гуру в индуизме, а также качества гуру и ученика. На самом деле это главная тема Катха Упанишады.

Свами Абхишиктананда, будучи монахом-бенедиктинцем, прибыл в Индию в качестве христианского миссионера, однако вскоре был захвачен учением Шри Раманы. Получив даршану мудреца, он, однако, не смог встретиться с ним лично. Махарши оставался слишком «недосягаемым». Кроме того, Абхишиктананда только приехал из Европы, «не знал языка и ещё недостаточно проник во внутренний мир, чтобы напрямую понять таинственный язык молчания»[19]. Он любил оставаться в пещерах Аруначалы, однако ему по-прежнему недоставало отношений с живым гуру.

В индуистской традиции тайна адвайты передаётся через гуру, для христианина, однако, это был деликатный вопрос. В индуизме реализованный гуру — это Бог во плоти, для христиан же Бог стал человеком лишь в Иисусе. Как христианин мог принять кого-то помимо Христа в качестве своего садгуру?

Абхишиктананду ждал духовный кризис. Он разрывался между религиозными убеждениями христианского монаха и мощной силой адвайты, ставшей его внутренним зовом. Ему помог ученик Шри Раманы Харилал[20], которого он встретил в Тируваннамалае, а также парс, доктор Динша Мехта из Бомбея (который идентифицировал свой внутренний голос с Иисусом Христом), однако ни один из них так и не стал его гуру.

С точки зрения индуистской традиции, гуру приходит тогда, когда ученик готов. Именно в момент глубокого духовного кризиса Абхишиктананда встречает Шри Джнянананду. Поистине, это был божественный час, встреча ученика высокой духовной квалификации с садгуру, являвшимся живым свидетелем традиции Упанишад.

Абхишиктананда задал мудрецу два вопроса. Первый касался мнения Шри Джнянананды о высшей Реальности с точки зрения традиционных школ индийской философии.

Шри Джнянананда не хотел, чтобы Абхишиктананда оставался на ментальном уровне, заигрывая с мыслями о различных школах индийской философии. Мудрец направил его на путь мистического поиска. Истинное Я, Атман выбирает созерцателя, обращённого внутрь и полностью преданного ему, а затем открывается такому искателю. Таково прямое (сак-шат) и непосредственное (апарокша) восприятие, не обусловленное умом и чувствами. Просто БЫТЬ!

Второй вопрос Абхишиктананды касался посвящения.

Таков был его собственный опыт. Ответ мудреца убедил Абхишиктананду, что он встретил человека, обладавшего непосредственным опытом Реальности. Его духовный уровень впечатлял. В нём сочетались детская простота и мудрость. Абхишиктананда был буквально «одержим» мудрецом: «он приехал сюда из любопытства, но почувствовал, что несколько слов, произнесённых этим пожилым человеком, проникли в самое его сердце. Казалось, они открыли в нём бездну, о существовании которой он даже не подозревал, высвободив в нём источник живой воды несравненной сладости. В то же время всё то, что он услышал, было уже знакомо ему, <…> но на этот раз всё было сказано так, что между ним и учителем установилась связь за пределами слов на самом глубинном уровне каждого из них. Страннику казалось, что каждое высказывание гуру проистекало напрямую из внутренних тайников его собственного сердца»[23].