Читаем Гунны полностью

О некоторых подробностях взятия Сирмиума Приск узнал позднее, когда, приехав к Аттиле из Константинополя, встретил здесь же посольство западных римлян. Последние прибыли к гуннскому вождю не для того, чтобы решать вопросы большой политики, а по очень частному поводу. Выяснилось, что во время осады Сирмиума епископ этого города сумел переправить за его пределы драгоценные золотые фиалы и передать их некоему Константию. Предполагалось, что, если город падет и жителей обратят в рабство, епископ, а возможно, и некоторые другие жители будут выкуплены ценою этих фиалов.

Приск пишет: «Город был действительно взят; все жители были обращены в невольников; но Константий забыл уговор свой с епископом». Он заложил фиалы некому Сильвану, «начальнику монетного стола в Риме», а попросту – меняле. Впрочем, забывчивый римлянин недолго радовался своему неправедному богатству – «Аттила и Влида, подозревая Константия в предательстве, распяли его». Сильван же продал фиалы священникам для богослужебных целей.

После этого Аттила спохватился, что драгоценные фиалы, которые он мог бы захватить в качестве добычи, ушли на сторону. Он потребовал у римлян выдачи Сильвана, «как укравшего принадлежащие ему вещи». Логика этого заявления вызывает у авторов настоящей книги немалые сомнения, но римлянам, которых Аттила держал за горло, было не до логики. Они отправили к гунну послов, которые обещали возместить ему стоимость фиалов и лишь просили, «чтобы он не требовал Сильвана, ибо они не могли выдать ему человека не совершившего никакого преступления»450.

Примерно ко времени взятия первых придунайских крепостей относятся и переговоры, которые Аттила по своей инициативе вел с Константинополем и которые окончились полным провалом451. Теперь уже трудно сказать, когда именно начались эти переговоры, но, судя по всему, уже после того, как Аттила для пущего устрашения разорил несколько городов, о которых мы только что рассказали, а Константинополь прекратил выплачивать гуннам дань и отсылать перебежчиков. В одном из сохранившихся отрывков Приска говорится:

«При Феодосии младшем Аттила, царь Уннов, собрал свое войско и отправил письмо к царю Римскому с требованием, чтобы немедленно выданы были переметчики и выслана была дань (под предлогом настоящей войны ему не пересылали ни переметчиков, ни дани) и чтоб отправлены были к нему посланники для переговоров о платеже дани на будущее время. Аттила объявлял притом, что если Римляне замешкают или будут готовиться к войне, то и он не захочет более удерживать Скифское войско от нападения. По прочтении письма Аттилы совет царский объявил, что Римляне не выдадут прибегших под их покровительство людей, но вместе с ними примут войну; что, впрочем, будут отправлены к Аттиле посланники для прекращения споров. Раздраженный ответом Римлян, Аттила стал опустошать Римские земли, срыл несколько замков и подступил к обширному и многолюдному городу Ратиарии452»453. Ратиария была взята, жители ее обращены в рабство454.

Тогда же или вскоре после этого был взят Наисс455(современный Ниш в Сербии). Приск, проезжавший мимо города в 448 году, вспоминал: «Мы прибыли в Наисс и нашли этот город безлюдным и разрушенным неприятелями. Лишь немногие жители, одержимые болезнями, укрывались в священных обителях. Мы остановились поодаль от реки, на чистом месте, а по берегу ее все было покрыто костями убитых в сражении»456.

Вероятно, это и была та самая война, о которой в Хронике Марцеллина Комита под 442 годом говорится: «Бледа и Аттила, бывшие братьями и королями многих племен, опустошили Иллирик и Фракию»457. Чтобы противостоять вторжению, в этом же, 442 году «войско, уже посланное против вандалов, было с Сицилии отозвано для защиты фракийцев и иллирийцев»458. Для этого римлянам пришлось заключить мирный договор с вандальским королем Гейзерихом, уступив ему часть своих земель и признав независимость вандальского королевства459. В результате вандалы так усилились, что примерно десятилетием позже (в 455 году) смогли ворваться в Рим и в течение двух недель грабили Вечный город. Таким образом, второе разорение Рима, как и первое, в какой‐то мере ложится на совесть гуннов.

И все же на какое‐то время гуннская экспансия была, видимо, приостановлена. Согласно большинству источников, в 443 – 446 годах во Фракии царит сравнительный мир (только «Галльская хроника 452 года» сообщает, что в 445 году «Фракию потрясает вторжение гуннов»460, но это, судя по всему, просто путаница в датах, поскольку война с гуннами 441 – 442 годов в этой хронике отсутствует). Приск упоминает некое посольство, которое Феодосий отправил к Аттиле морским путем через город Одесс (Одисс, современная Варна) 461.