Читаем Гробница Тутанхамона полностью

Даже не особенно внимательному читателю, проглядывавшему 30 ноября 1922 года очередной номер газеты «Таймс», должны были броситься в глаза многообещающие заголовки: «Египетское сокровище», «Важное открытие в Фивах», «Длительные поиски лорда Карнарвона». Под ними следовало краткое, но в то же время достаточно подробное сообщение «нашего корреспондента из Каира» от 29 ноября о том, что «сегодня после полудня лорд Карнарвон и мистер Г. Картер показали большому числу собравшихся то, что обещает быть наиболее сенсационным открытием века в области египтологии. Находка состоит, кроме других предметов, из погребальных принадлежностей египетского царя Тутанхамона — одного из царей-еретиков XVIII династии, восстановившего культ Амона. Не много известно о поздних царях, включая Тутанхамона, и настоящее открытие неоценимо увеличивает знания об этом периоде…». Далее корреспондент передавал сжатое описание «удивительной находки», основанное на первых, не совсем еще точных впечатлениях.

Сообщение «Таймс», подхваченное мировой прессой, действительно вызвало настоящую сенсацию, хотя обычно газеты не слишком балуют археологов своим вниманием. Из номера в номер появлялись новые срочные корреспонденции, и многие годы эта тема не сходила со страниц газет и журналов.

В небольшой и обычно тихий египетский городок Луксор устремились толпы репортеров, фотографов и радиокомментаторов. Из Долины царей, где находилась усыпальница египетского фараона, словно с поля сражения или важной международной конференции ежечасно неслись по телефону, телеграфу и радио сводки, заметки, очерки, репортажи, отчеты, статьи. Словом, умерший в возрасте примерно восемнадцати лет молодой египетский фараон, о существовании которого до сих пор знали только очень немногие ученые-специалисты, и которому даже в самых подробных исследованиях по истории Египта уделялось более чем скромное место, вдруг приобрел мировую известность. Его имя упоминалось наряду с именами Хеопса, Тутмоса III и Рамсеса II — великих правителей и завоевателей. Чем же объяснить эту внезапную популярность? Почему находка английского ученого привлекла такое внимание и вошла в науку как одно из наиболее значительных археологических открытий?

Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо ознакомиться с некоторыми фактами и хотя бы вкратце восстановить в памяти полную бурных событий историю Египта времен правления последних фараонов XVIII династии (1584–1342 гг. до н. э.).

Читателю не следует удивляться многочисленным «вероятно», «возможно», «очевидно», и т. п., которыми будет изобиловать наше изложение. До нас нe дошло ни хроник, ни летописей, в которых была бы закреплена история этого периода. Мы располагаем только случайными и неполными источниками; отдельные надписи и рельефы, немногие скарабеи, кое-какие упоминания в дипломатической переписке того времени, некоторые религиозные тексты — вот, пожалуй, все, за исключением археологических памятников, что имеет в своем распоряжении историк, пытающийся осветить то смутное время.

Здесь мы попытаемся в общих чертах рассказать о Тутанхамоне и его времени лишь то, что более или менее точно установлено наукой. Нам придется забежать несколько вперед и использовать не только те сведения, которые удалось получить в результате открытия гробницы Тутанхамона, но и все то новое, что накопилось за четверть века, протекшие со дня выхода в свет последнего тома книги Говарда Картера.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих кораблей
100 великих кораблей

«В мире есть три прекрасных зрелища: скачущая лошадь, танцующая женщина и корабль, идущий под всеми парусами», – говорил Оноре де Бальзак. «Судно – единственное человеческое творение, которое удостаивается чести получить при рождении имя собственное. Кому присваивается имя собственное в этом мире? Только тому, кто имеет собственную историю жизни, то есть существу с судьбой, имеющему характер, отличающемуся ото всего другого сущего», – заметил моряк-писатель В.В. Конецкий.Неспроста с древнейших времен и до наших дней с постройкой, наименованием и эксплуатацией кораблей и судов связано много суеверий, религиозных обрядов и традиций. Да и само плавание издавна почиталось как искусство…В очередной книге серии рассказывается о самых прославленных кораблях в истории человечества.

Андрей Николаевич Золотарев , Никита Анатольевич Кузнецов , Борис Владимирович Соломонов

Детективы / Военное дело / Военная история / История / Спецслужбы / Cпецслужбы
1941. Пропущенный удар
1941. Пропущенный удар

Хотя о катастрофе 1941 года написаны целые библиотеки, тайна величайшей трагедии XX века не разгадана до сих пор. Почему Красная Армия так и не была приведена в боевую готовность, хотя все разведданные буквально кричали, что нападения следует ждать со дня надень? Почему руководство СССР игнорировало все предупреждения о надвигающейся войне? По чьей вине управление войсками было потеряно в первые же часы боевых действий, а Западный фронт разгромлен за считаные дни? Некоторые вопиющие факты просто не укладываются в голове. Так, вечером 21 июня, когда руководство Западного Особого военного округа находилось на концерте в Минске, к командующему подошел начальник разведотдела и доложил, что на границе очень неспокойно. «Этого не может быть, чепуха какая-то, разведка сообщает, что немецкие войска приведены в полную боевую готовность и даже начали обстрел отдельных участков нашей границы», — сказал своим соседям ген. Павлов и, приложив палец к губам, показал на сцену; никто и не подумал покинуть спектакль! Мало того, накануне войны поступил прямой запрет на рассредоточение авиации округа, а 21 июня — приказ на просушку топливных баков; войскам было запрещено открывать огонь даже по большим группам немецких самолетов, пересекающим границу; с пограничных застав изымалось (якобы «для осмотра») автоматическое оружие, а боекомплекты дотов, танков, самолетов приказано было сдать на склад! Что это — преступная некомпетентность, нераспорядительность, откровенный идиотизм? Или нечто большее?.. НОВАЯ КНИГА ведущего военного историка не только дает ответ на самые горькие вопросы, но и подробно, день за днем, восстанавливает ход первых сражений Великой Отечественной.

Руслан Сергеевич Иринархов

История / Образование и наука
1812. Всё было не так!
1812. Всё было не так!

«Нигде так не врут, как на войне…» – история Наполеонова нашествия еще раз подтвердила эту старую истину: ни одна другая трагедия не была настолько мифологизирована, приукрашена, переписана набело, как Отечественная война 1812 года. Можно ли вообще величать ее Отечественной? Было ли нападение Бонапарта «вероломным», как пыталась доказать наша пропаганда? Собирался ли он «завоевать» и «поработить» Россию – и почему его столь часто встречали как освободителя? Есть ли основания считать Бородинское сражение не то что победой, но хотя бы «ничьей» и почему в обороне на укрепленных позициях мы потеряли гораздо больше людей, чем атакующие французы, хотя, по всем законам войны, должно быть наоборот? Кто на самом деле сжег Москву и стоит ли верить рассказам о французских «грабежах», «бесчинствах» и «зверствах»? Против кого была обращена «дубина народной войны» и кому принадлежат лавры лучших партизан Европы? Правда ли, что русская армия «сломала хребет» Наполеону, и по чьей вине он вырвался из смертельного капкана на Березине, затянув войну еще на полтора долгих и кровавых года? Отвечая на самые «неудобные», запретные и скандальные вопросы, эта сенсационная книга убедительно доказывает: ВСЁ БЫЛО НЕ ТАК!

Георгий Суданов

Военное дело / История / Политика / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное