Читаем Гробница судьбы полностью

Элли ушла в шесть тридцать, последней из группы «Монсальвата». Она собрала свои папки за пятнадцать минут до этого, но сидела и ждала, пока Леховски не скроется за стеллажами, после чего выскользнула из комнаты. Уже опускались сумерки. Осенний холод бодряще пощипывал ей щеки. Девушке не хотелось возвращаться в отель, и она направилась через мост Адольфа в старый город. Далеко внизу, невидимая, трепетала на ветру полицейская заградительная лента.

Кристин Лафарж так и не позвонила ей, и Элли решила, что их прогулка по магазинам не состоится. Ничего страшного. Она бродила по улицам, разглядывая ярко освещенные окна и прохожих. Названия многих сетевых магазинов и закусочных фастфуда были ей хорошо знакомы – их можно встретить в любом крупном городе. Тем не менее, заполненные людьми, говорившими на другом языке, они ощущались как иностранные.

По мере того как она продвигалась все дальше на восток, в старейшую часть города, огни и прохожие постепенно будто растворялись в сгущающихся сумерках. Мощеные улицы здесь были уже, стены выше, а окна располагались на большой высоте, словно обитатели этих домов с недоверием относились к окружающему миру. Сквозь легкий туман проступали остатки старинных фортификационных сооружений: короткий тупой обломок бастиона, торчавший вверх, словно человеческая рука, арка ворот над дорогой.

Холод становился все более пронизывающим, а Элли была одета в легкую куртку. Девушка достигла подножия холма – небольшой район, в овраге, дома с остроконечными треугольными крышами высились над маленькой речкой. Она была не уверена, что сможет перейти на другую сторону, поэтому повернулась и пошла назад. И тут Элли краем взгляда заметила мужскую фигуру.

На мосту у подножия холма смутно вырисовывался мужчина в пластиковом плаще с капюшоном на голове, хотя никакого дождя не было. Неизвестно, как долго он там стоял.

«Ты находишься посреди большого города в сердце Европы, – сказала она себе. – Конечно, вокруг будут другие люди».

Правда, сейчас, кроме неизвестного мужчины, рядом с Элли не было никого, и ей показалось, что яркие огни на вершине холма были далеки, словно огни пролетающих самолетов.

Незнакомец поднял голову. Казалось, он смотрит прямо на нее, хотя из-за тени, отбрасываемой капюшоном, определить это было невозможно. Он поднял руку словно в знак приветствия. Капюшон раздулся и стал похож на крыло летучей мыши. Медленно и осторожно, подобно ребенку, крадущемуся, чтобы поймать кошку, он начал приближаться к ней.

Элли повернулась и бросилась обратно вверх по склону холма, к огням и людям. Ее туфли совсем не подходили для бега: каблуки скользили и раскачивались на неровностях булыжной мостовой. Она скинула их и побежала в одних чулках, чувствуя, как влага проникает между пальцев ног. Вокруг никого не было. Миновав арку, девушка устремилась вдоль развалин бастиона, пока не оказалась на площади, зажатой между смутными очертаниями зданий какого-то министерства. Элли обернулась и тут поняла, что ее никто не преследует: не слышно звуков приближающихся шагов, не видно тени, скользящей по стенам.

Она попыталась сориентироваться. Где находится отель? Отсюда до него было наверняка не больше полукилометра, но Элли не могла идти пешком. Бок свело судорогой, ступни горели, ноги болели.

И тут он появился опять.

Она не могла поверить своим глазам. Он появился из воздуха, словно привидение, и направился через площадь в ее сторону. Призрачный белый плащ развевался на ветру.

Сознание Элли затуманилось. Она понимала одно: это невозможно. Просто немыслимо. Как можно убежать от человека, который способен забраться на холм в мановение ока?

Она побежала.

– Подождите, – послышался голос за спиной.

Элли продолжала бежать. Мимо пустой сторожевой будки, за угол здания и вдоль безлюдной аллеи. В дальнем ее конце показались огни уличных фонарей и свет фар автомобилей, проезжавших по бульвару Рузвельта. Ей нужно было во что бы то ни стало оказаться на бульваре. Треск, напоминавший звук выстрела, отразился от стен эхом. Неужели у этого человека оружие? Разве привидениям нужно оружие? Спустя секунду она поняла, что это упала на мостовую одна из ее туфель. Она не стала подбирать ее.

Наконец она достигла бульвара. Из-за поворота выехало такси с зажженными фарами. Элли бешено замахала руками и бросилась на заднее сиденье.

– «Софитель».

Ей пришлось повторить название отеля три раза, прежде чем водитель понял ее. Он не хотел ее везти, поскольку до отеля было всего несколько сотен метров, и она впустую потратила бы деньги. Тогда Элли сунула ему в руку купюру в двадцать евро, и он перестал спорить. Когда автомобиль тронулся, она оглянулась назад. Морось затуманила стекла окон. Автомобильные фары слепили ей глаза. И все же ей казалось, что под уличным фонарем в конце аллеи находится мужская фигура в плаще, хотя поверить в это мог лишь сумасшедший.