Читаем Грязь полностью

Гаррет Олдрич, директор Центра, как раз был занят разговором на «Горячей линии», и потому Эдди решила дойти до машины сама. Ничего страшного. На улице еще оживленное движение, и она ярко освещена.

Каблучки Эдди зацокали по тротуару, когда она вышла из Центра. Держа ключи от машины наготове, она быстро открыла дверцу и сразу же заперла ее изнутри. Села за руль и задумалась. Впервые она думала о том, как быстро разворачиваются события, как глубоко она и Джек проникли в жизни друг друга и какой след оставило это в судьбе ее и Ли Анны! Вот о чем она думала, когда посмотрела на улицу и увидела его.

Мужчина. Огромный мужчина. Он выбежал на улицу с большой лестницей на плече. Достал что-то вроде рычага, подиях люк на улице, опустил туда лестницу и начал протискиваться в отверстие. Эдди уставилась на него, как загипнотизированная. Он случайно поднял глаза и увидел женщину в припаркованной машине, которая смотрела на то, как он втискивает свое огромное тело в раструб канализационного колодца.

Время — двадцать два двадцать.

Эдди заметила, что гигант смотрит на нее, и похолодела. Она почувствовала нарастающий страх и интуитивно повернула ключ зажигания, вздрогнув от радости, что мотор заработал. Не оглядываясь на странного мужчину, она нажала на акселератор, включила скорость и рванула. Потом посмотрела в зеркало, пытаясь что-то разглядеть, но было темно, и она не увидела, что мужчина вылез из отверстия и направился быстрыми шагами ту да, где была припаркована ее машина.

Повернув за угол, она начала дышать ровнее, страх прошел, и тяжесть свалилась с ее души, как невидимый камень. И она выкинула из головы тот сверхъестественный ужас, в который привел ее этот человек. У Эдди были более интересные вещи, на которых она могла сосредоточиться. Она гадала, звонил ли ей сегодня Джек, как они договорились, и когда они встретятся. Но мысли Эйхорда в два тридцать два далеки от романтики. Сейчас он только полицейский, беседующий с коллегами. Воздух наэлектризован возможностью задержания «Убийцы Одиноких Сердец».

— В чем проблема, Джек? — спросил один из сыщиков у Эйхорда.

— Это все не то.

— Ерунда?

— Да.

— К черту. Совершенно пустая трата времени. Что вы еще хотите найти здесь? Мы же поймали этого сукиного сына.

— Я так не думаю.

— Это пустая трата времени, Джек, — сказал другой полицейский.

— Нет. Я вовсе так не считаю.

— У нас есть свидетель. Мы поймали преступника с психическим комплексом, мужчину с бритвой. При аресте он оказал сопротивление. У нас есть тело. У нас есть орудие преступления. Есть мотивы. Точно, это пустая трата времени.

— Нет. — Эйхорд помотал головой.

— Пошли!

— Это не тот, кого мы ищем.

— Но есть же свидетель. Попс.

— Мертвый мальчик. Вот чем мы располагаем. Допустим, он убил мальчика. Но что касается Сильвии Касикофф, говорю вам, парни, я сомневаюсь.

— Почему? — спросил Арлен.

— Потому что орудия преступления разные. Он вырвал сердце при помощи скальпеля. Маленького такого — черт, как он называется? — Бенсона и Хеджеса — что-то вроде этого?

— Хирургический скальпель Брукстоуна и Дженсена.

— Правильно. Им он его и порезал, спорю на деньги.

— Значит, в этот раз использовал скальпель. Что из того, что других он убивал большим охотничьим ножом. Может быть, ему надоело им убивать? И сейчас он убил скальпелем. Какая разница?

— Да и с экспертизой пока неясно. Нет. Я не думаю, что мы взяли настоящего убийцу, вырывающего сердца. Мы поймали лишь его подражателя.

— Но Джек!..

— Слушаю тебя, Лу.

— Что тебе кажется подозрительным в этом деле?

— Ожоги. Что-то из способа, каким он мучил мальчика. Он как будто играл с ним, а потом вырвал сердце, чтобы сбить нас с толку, чтобы мы подумали на «Убийцу Одиноких Сердец». И поэтому, вырвав сердце из груди, он выбросил его. Другие обычно делали с ним что-нибудь, использовали его в каком-то ритуале или еще где-то. И потому я сомневаюсь, что мы схватили настоящего убийцу. Ведь это не были ожоги. Это было что-то другое.

— Джек. Уверен, ты удивишься, когда ознакомишься с докладами из лаборатории. У этого охотничьего ножа большое лезвие. Не хочешь ли отметить это дело?

— Пожалуй. — Эйхорд засмеялся. — Надо молиться, чтобы ты оказался прав.

Полицейские были в хорошем настроении, несмотря на особое мнение Джека, и вся компания направилась в бар, чтобы это отметить. Эйхорд пошел тоже.

В двадцать два двадцать шесть Дэниэл Эдвард Флауэрс Банковский, вопреки своим правилам, проигнорировал женщину, которая его видела, и усталый, голодный спустился в темный мир подземелья. Теперь он находился в девятнадцати футах южнее чикагской главной линии К-138С-10, в маленькой комнатке под ближайшим к линии отверстием, где он сидел тихо, медленно поглощая холодные пирожки с яйцом стоимостью в сорок долларов и думая о своем будущем.