Читаем Грешница полностью

Все прошло по заранее составленному плану. Подобные набеги были привычным делом для воинов пустыни. Разведчики перебрались через стены, прикончили нескольких часовых и открыли центральные ворота. Всадники Саара ворвались внутрь, держа на прицеле оставшихся в живых защитников форта, и собрали новое оружие и экипировку. Солдаты бея предпочли не умирать бессмысленной смертью и, видя численное превосходство противника, сдались. Всех их заперли в маленькой сторожевой каморке, и форт был с большим весельем разграблен.

Уезжая из форта, каждый был нагружен непосильной ношей, но все были бодры и ликовали. И если бы не капитан форта, возвращавшийся из Габеса вместе с телохранителем после весьма приятно проведенного вечера с греческой куртизанкой, их набег был бы удачно завершен.

Но они наскочили на организованную второпях засаду. И когда прозвучал первый выстрел, Саар и его отряд в соответствии с тактикой ведения боя в пустыне разделились в цепь и бросились бежать под защиту дюн. Несколько человек были ранены, две лошади упали. Неожиданная атака с такого близкого расстояния оказалась эффективной.

Саар с трудом вынул левую ногу из стремени, и в этот момент Синджин был уже рядом. Перегнувшись через седло, не снижая галопа лошади, он схватил Саара, который был полупридавлен упавшей на него лошадью, за руку и рывком посадил на свою лошадь.

Чтобы облегчить вес, им пришлось сбросить часть захваченного оружия, и Синджин хлестнул лошадь, ускоряя ее бег.

— К берегу! — прокричал Саар, цепляясь за высокое седло. Он знал, что преследователи направятся на юг.

— Далеко? — крикнул Синджин, обернувшись через плечо и пытаясь разглядеть хоть что-нибудь сквозь густую пелену тумана. С двойной ношей его лошадь могла потерять скорость.

— Два-три лье…

Однако совсем близко от залива Барб конь внезапно захромал, и они проделали остаток пути быстрым шагом, постоянно пришпоривая коня, изнемогающего под тяжелой ношей. Синджин понимал, что погоня за ними станет известной властям в Габесе очень скоро.

«Аврора» стояла на якоре неподалеку от Габеса.

И если они смогут добраться до побережья до восхода солнца, то это будет прекрасной возможностью попасть на «Аврору» незамеченными.

Следуя по песчаному берегу, Синджин и Саар обогнули финиковые и оливковые плантации и направились к домику таможни, где можно было нанять лодку, которая перевезла бы их в залив. Летом с моря дули восточные ветры, поэтому бриз на заливе был в лицо, но все же им следовало поторапливаться.

В лунном свете им хорошо были видны мачты «Авроры».

Когда Синджин и Саар приблизились к домику таможни, все казалось спокойным. Оставался по меньшей мере час до рассвета, город спал, однако двигались они очень осторожно, с кинжалами в руках, готовые отразить нападение.

Синджин молча указал кинжалом на небольшое судно и сделал знак Саару следовать за ним. Они направились к лодке, двигаясь сквозь ряд серых теней от больших кораблей. И Синджин уже взялся руками за нос лодки, чтобы столкнуть ее на воду, как вдруг четыре фигуры выросли из-за судна, стоящего поодаль.

Центральная фигура сделала шаг вперед и произнесла:

— Мы ждали вас, ференджи. Мой господин, каид Габеса, приветствует тебя.

Круто развернувшись на каблуках, Синджин попытался бежать, но почувствовал, как колени его подогнулись, словно пуля, ранившая его, поразила ноги, а не висок. Затем Синджин почувствовал запоздалый взрыв боли, который поразил его мозг, и кровь хлынула на лицо, заливая глаза. Синджин упал на омытый волнами прибрежный песок. «Какая прохладная, приятная вода», — подумал он, словно его жизнь вовсе не была в опасности и его занимали такие мелочи, как температура воды в заливе Габес. Но шок уже давал себя знать невыносимой раздирающей болью, которая словно сконцентрировалась вокруг нервных окончаний. И перед тем как потерять сознание, Синджин вспомнил, как вместе с Челси купался на пляже в Сорренто, и вода была такой же мягкой. Это сладкое воспоминание промелькнуло, а потом его сознание погрузилось во мрак. Синджин не почувствовал грубого удара по голове. Люди каида хотели быть уверенными, что пленный не скоро очнется и сможет двигаться.

Синджин пришел в себя через два дня и обнаружил, что привязан к седлу верблюда, правда довольно аккуратно, и что его куда-то везут с караваном… Глухие удары в голове приносили невероятные мучения, и даже солнечный свет, едва пробивавшийся сквозь покрывало, натянутое сверху в виде тента, жег и слепил.

Синджин закрыл глаза, но красные пятна запрыгали вновь в темноте. Боль не утихала, и Синджин снова потерял сознание…

Каид Габеса собирался преподнести лорда «ференджи» бею в качестве личного подарка. Это означало, что Синджина отправили с караваном на север и приставили к нему врача и слуг. В качестве раба ли, заложника ли Синджин принесет бею немало пользы, а тот, в свою очередь, не забудет преданность и услугу своего поданного в Габесе.