— Выбросил весь ненужный хлам, — весело сказал Чудо-мальчик. — Видели бы вы эту картинку! Ну, садитесь, ребята. Выпьете что-нибудь?

— Это нечестно, — простонал мистер Квин, опускаясь на стул и поеживаясь.

— Что?

— Он хочет сказать, что ему не хватает воздуха, — поспешно подсказал Алан.

— И ничего удивительного после такого приема, которого он был удостоен, — отозвался молодой человек, бросившись открывать все окна. — Пропустите-ка глоточек шотландского, Квин. Это вам не помешает.

— Бренди, — едва слышно пробормотал мистер Квин.

— Бренди! — Чудо-мальчик явно обрадовался. — Вот человек, понимающий толк в выпивке. Это снадобье подстегивает ваш старый мотор, но зато какое удовольствие потом дожидаться коронарного тромбоза! Вот что я сделаю с вами, Квин! Я открою пару бутылочек стодвадцатипятилетнего

Наполеона, который я берег для своей свадьбы. Как между друзьями, а?

Мистер Квин колебался между демоном предубеждения и открытой улыбкой Чудо-мальчика. Пока он колебался, искуситель наклонил опаленную солнцем бутылку и разлил по бокалам золотистый напиток.

Это было уже слишком. Предполагавшийся гневный обличитель молча взял бокал из тонкого стекла и погрузил нос в соблазнительный аромат старого коньяка.

* * *

— А теперь — за тебя, — сказал мистер Квин, когда они раскупорили очередную бутылку.

— Нет-нет — за тебя! — возразил Бутчер.

Дружелюбное солнце освещало территорию «Магны» снаружи, дружелюбная атмосфера в комнате была приятной и прохладной, дружелюбный коньяк был настоящим блаженством, и они были старыми добрыми друзьями.

— Я ошибался, Бутчи-бой! — пылко заявил Квин.

— Нет-нет, — возразил Бутчи-бой, колотя себя в грудь. — Это я ошибался, Эл, старый дружище!

Кларк ушел, отпущенный Чудо-мальчиком. Он удалился с тревожным чувством, потому что магия административных методов Бутчи-боя была притчей во языцех в Голливуде, и как хороший и добросовестный литературный агент Кларк подозревал недоброе, оставив своего клиента наедине с этим кудесником.

И не без оснований. Его клиент был уже готов трудиться и умереть ради доброй старой «Магны».

— Не понимаю, как я так недо… недооценивал тебя, Бутчи, — говорил мистер Квин чуть не плача. — Хоть ты и был полным и абс… абсолютным ослом. Поверь моему слову!

— А я и есть осел, — подтвердил Бутчер. — Не удивительно, что у людей складывается превр… превратное мнение о Голливуде. Такой анект… анекдотикский случай. Я стану всеобщим посмешищем!

Мистер Квин схватил бокал и сверкнул глазами:

— Покажи мне первого, кто поеме,.. посмеет смеяться над тобой, и я заставлю его проглотить насмешку вместе с зубами!

— Друг мой!

— Но никто не должен распр… распространяться об этом, Бутч. Все должно оставаться между нами и Аланом Кларком. — Мистер Квин с досадой щелкнул пальцами. — Черт возьми, он проболтается!

— Конечно, проболтается. Разве ты не знал, что все агенты — крысы? Долой агентов!

— Грязная вонючка! — яростно воскликнул мистер Квин, вставая. — Завтра утром все будет опубликовано в «Верайети»!

Мистер Бутчер расплылся в улыбке:

— Садись, старый дружище! Я утер ему нос.

— Не может быть! Каким образом?

— Я сам рассказывал всю ишт… ишторию в «Верайети» перед вашим приходом!

Мистер Квин взвыл от восторга и хлопнул Чудо-мальчика по спине. Чудо-мальчик хлопнул по спине его, и оба упали друг другу в объятия.

Первый секретарь обнаружил их спустя еще полбутылки на полу среди многочисленных листов желтой бумаги, обсуждающих с абсолютно трезвым видом сюжет детективной киноленты, в которой Эллери ван Кристи, всемирно известный сыщик, убивает Жака Бушерра, всемирно известного кинопродюсера, и с дьявольским коварством и хитростью сваливает вину за преступление на некоего Алана Кларку-элла, подлого типа, совавшего свой нос во все дырки и делавшего невыносимой жизнь честных авторов сценария.

 Глава II

Обсуждение сценария

Первый секретарь, посовещавшись со второй секретаршей, и пока та бегала за сырыми яйцами, аспирином и томатным соком, затащил творческий дуэт в старую зигмундовскую, еще добутчерскую, туалетную комнату, уговорил их раздеться, вежливо втолкнул их под душ, открыл холодную воду и почтительно удалился под вопли и стенания, чтобы позвонить тренеру в студийный гимнастический зал.

Час спустя они появились из душевой, наполненные до краев томатным соком с благочестием новоиспеченных адептов трезвого образа жизни, похожие на пару утопленников, выброшенных приливом на берег. Эллери плюхнулся на ближайший стул и схватился руками за голову, словно боялся, что она улетит прочь.

— Что произошло? — простонал он.

— По-моему, дом рухнул нам на голову, — сказал продюсер. — Хауард, отыщите Лу Бэскома. Скорее всего вы найдете его на двенадцатой площадке; он там играет в кости с персоналом. О, моя голова! — простонал он, когда первый секретарь удалился выполнять поручение.

— Алан Кларк меня убьет, — встревоженно заявил Эллери. — Ты, злодей, заставил меня что-нибудь подписать?

— Откуда я знаю! — проворчал Чудо-мальчик, после чего оба взглянули друг на друга и расхохотались.