Читаем ГРАНИЦА СВЕТА полностью

   --Так вот, - продолжил Гарри. - Мой "Гефестион 13" распространяется в виде сетевых пакетов, которые проникают непосредственно в память компьютера и активизируют свой код. Я также сумел снабдить его качествами "стелса" и "полиморфика". "Стелсы" перехватывают обращения системы к пораженным файлам или секторам дисков и "подставляют" вместо себя незараженные участки информации. А "полиформики" в свою очередь не содержат ни одного постоянного участка кода. Мой вирус обладает обоими качествами, так что его очень и очень трудно обнаружить. Но, - Голдфилд поднял палец, - все-таки это было бы возможно. Поэтому я расчленил "Гефестиона" на команды, внедряющиеся в безобидный отрезок программы пораженного компьютера. Вирус формируется лишь тогда, когда эти команды соединяются в единую программу для осуществления нужных мне действий, а потом снова расформировываются. При этом компьютер продолжает абсолютно нормально функционировать.

   --Каких именно действий? - спросил Миллс.

   --Сейчас объясню. Оказавшись в операционной системе компьютера и раз соединившись, "Гефестион 13" устанавливает постоянную связь с головным сервером, то есть с этой комнатой. Я обычно засылаю свой вирус в корпоративные компьютеры, которые постоянно подключены к всемирной сети, что обуславливает постоянную связь вируса с системой. Благодаря этому головной сервер все время видит, что происходит в зараженном компьютере и в случае возможного обнаружения мгновенно "распределяет" "Гефестиона". Настоящая же деятельность вируса начинается ночью, когда зараженный компьютер не используется, и моя система полностью мобилизует его операционную память.

   --Но ведь компьютер могут отключить от сети, - предположил Дэвид.

   --Именно, - Гарри кивнул. - Поэтому система предусматривает временные паузы в сеансах трансляции с вирусом, но перед такой паузой "Гефестион" обязательно должен быть "распределен". При этом если сеанс вдруг не восстанавливается, вирус самоуничтожается. В этом случае мне необходимо замкнуть цепь системы, чтобы остальные компьютеры продолжали нормально работать. Это пока недостаток, но я надеюсь, что в скором времени смогу его устранить. Между прочим, на сегодняшний день моя система соединяет в себе несколько тысяч компьютеров по всему миру.

   --Но зачем?

   --Мощь всех этих процессоров поможет нам создать машину времени!

   --Нам? - не понял Миллс.

   --Конечно, - Голдфилд слез со стола и приблизился к нему. - Теперь это наше дело, разве нет?

   --Да, конечно, - Дэвид кивнул.

   --Кстати, у меня есть идея. Пока машина времени не готова, ты можешь использовать всю систему для создания квантового компьютера. Поверь мне, это очень мощное устройство. В твоей лаборатории такого точно никогда не было.

   --Хочешь сказать, что все эти компьютеры, подключенные к твоей системе, работают как один?

   --Конечно, - Гарри кивнул. - Они функционируют как один общий процессор.

   --Ну, ладно, - Миллс скрестил руки на груди. - И как это поможет тебе создать машину времени?

   --Ты когда-нибудь слышал теорию "кротовых нор"? - спросил Голдфилд.

   --"Кротовые норы"? Нет, а что это?

   --После появления Общей Теории Относительности Эйнштейна, - начал Гарри, опускаясь на стул рядом с ученым, - некий австрийский физик Фламм начал обсуждать возможность существования пространственной геометрии в виде некой норы, соединяющей два мира. Позднее эти своеобразные мосты, соединяющие два одинаковых пространства-времени, стали называть "кротовыми норами". А позже появилась теория, что устья такой норы могут соединять две разные эпохи одной и той же вселенной.

   --То есть два разных времени, как например двадцать первый век и глубокую древность? - переспросил Дэвид.

   --Совершенно верно, - кивнул Гарри. - Я посвятил очень много времени изучению теории "кротовых нор" и пришел к выводу, что все не настолько и неосуществимо. Но, чтобы перепрыгнуть из двух тысячи шестого года в триста двадцать четвертый год до нашей эры, мне предстоит преодолеть несколько препятствий. Во-первых, я должен сгенерировать определенную "темную материю", из которой состоит нора. Это материя, у которой сумма давления и плотности является отрицательной.

   --Но такой материи не существует, - заметил Миллс.

   --Пока не существует, - поправил его Голдфилд. - Затем, мне предстоит решить уравнение гравитации вот для этой капсулы, - он указал на конструкцию у дальней стены комнаты, - потому что именно в ней я собираюсь переместиться во времени.

   --А потом?

   --Потом передо мной встанет самая главная задача - преодолеть сингулярность. Дело в том, что "кротовая нора" сингулярна в горловине. Это означает, что ее кривизна становится бесконечной, и горловина схлопывается. Таким образом, любой объект, попавший в нее, будет неминуемо раздавлен и разорван. Но, - Гарри многозначительно поднял палец, - есть все-таки один шанс, чтобы прорваться и пролететь сквозь черную дыру, которой по своей сути и является "кротовая нора".

   --И какой же?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Врата Войны
Врата Войны

Вашему вниманию предлагается история повествующая, о добре и зле, мужестве и героизме, предках и потомках, и произошедшая в двух отстоящих друг от друга по времени мирах, соответствующих 1941-му и 2018-му годам нашей истории. Эти два мира внезапно оказались соединены тонкой, но неразрывной нитью межмирового прохода, находящегося в одном и том же месте земной поверхности. К чему приведет столкновение современной России с гитлеровской Германией и сталинским СССР? Как поймут друг друга предки и потомки? Что было причиной поражений РККА летом сорок первого года? Возможна ли была война «малой кровь на чужой территории»? Как повлияют друг на друга два мира и две России, каждая из которых, возможно, имеет свою суровую правду?

Александр Борисович Михайловский , Марианна Владимировна Алферова , Юрий Николаевич Москаленко , Раймонд Элиас Фейст , Юлия Викторовна Маркова , Раймонд Фейст

Фантастика / Альтернативная история / Боевая фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы / Фэнтези
Бозон Хиггса
Бозон Хиггса

Кто сказал что НФ умерла? Нет, она затаилась — на время. Взаимодействие личности и искусственного интеллекта, воскрешение из мёртвых и чудовищные биологические мутации, апокалиптика и постапокалиптика, жёсткий киберпанк и параллельные Вселенные, головокружительные приключения и неспешные рассуждения о судьбах личности и социума — всему есть место на страницах «Бозона Хиггса». Равно как и полному возрастному спектру авторов: от патриарха отечественной НФ Евгения Войскунского до юной дебютантки Натальи Лесковой.НФ — жива! Но это уже совсем другая НФ.

Ярослав Веров , Павел Амнуэль , Антон Первушин , Евгений Войскунский , Игорь Минаков

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Фантастика / Научная Фантастика / Фантастика: прочее / Словари и Энциклопедии
Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези