Читаем ГРАНИЦА СВЕТА полностью

   --Но не пристрелил же.

   Дэвид мягко привлек его к себе и заключил в свои объятия. Прижавшись к нему всем телом, Гарри рыдал от страха и отчаяния. В ту минуту Миллсу показалось, что он ощутил все одиночество, всю боль и неуверенность, что раздирали на части этого человека. Ему показалось, что он сам прожил все эти долгие века, скитаясь по свету в поисках спасения. Впервые с той минуты, как Гарри рассказал ему о своей затее с машиной времени, Дэвид понял, что именно гнало его друга в неизведанную и опасную тьму черной дыры, которую он собирался создать.

   --Все будет хорошо, - проговорил он, успокаивая его. - Все будет хорошо. Ты вернешься домой и поможешь Александру вылечиться. Потом вы возвратитесь в Пеллу. Созданная вами империя не развалится, а Александр будет продолжать править, расширяя ее границы. И мир изменится, изменится к лучшему.

   --Правда? - Гарри посмотрел на него.

   --Конечно, - Дэвид достал из кармана платок и протянул ему. - А как же может быть иначе?

   --А как же Лилиан?

   --Заберешь ее с собой. И будет у тебя две жены.

   --Ты серьезно?! - спросил его пораженный Голдфилд.

   Дэвид хотел было ему что-то ответить, но тихий звук, раздавшийся в комнате, заставил их обоих повернуться в сторону квантового компьютера, который оповещал их о том, что вычисления закончены. С трудом веря в происходящее, оба молодых человека встали с пола и подошли к аппарату.

   --Он все сделал, - прошептал Миллс. - Всего лишь за каких-то тридцать минут!

   Сев перед монитором, на котором был виден список результатов, они внимательно просмотрели каждую цифру.

   --А ему можно доверять? - с сомнением спросил Гарри.

   --Не знаю, - честно ответил Дэвид. - Наверно. Вот видишь, - он указал ему на одну из цифр. - Это - скорость, с которой должно вращаться второе кольцо-магнит, а это - время, через которое оно должно остановиться. А вот эта цифра - скорость вращения большого кольца, с помощью которого должна сгенерироваться темная энергия. Только я ума не приложу, какой генератор сумеет задать ему подобную громадную скорость.

   --У меня есть один такой, - с улыбкой произнес Гарри.

   Встав, он подошел к небольшой панели с кнопками недалеко от капсулы. Повернув несколько рычагов, он в ожидании отошел в сторону. В это время в полу раздвинулись два блока, и специальный подъемный механизм вытащил на поверхность устройство внушительных размеров.

   --Что это? - спросил Миллс, с любопытством следивший за происходящим.

   --Ты когда-нибудь слышал про Зед-Машину из американской национальной лаборатории Сандия?

   --Сверхмощный генератор? Слышал.

   --Так вот мое устройство - точная копия Зед-Машины, только в десять раз мощнее, - Гарри улыбнулся. - Я называю его Зверем.

   --Как тебе удалось его создать? - поразился Дэвид.

   --Я заплатил очень большие деньги одной фирме, которая решилась его сконструировать, хотя они так и не были до конца уверены, что он заработает. К сожалению, Зверь, как и вся остальная техника, не протестирован.

   --Значит, ты не можешь быть уверен, что он сработает как надо?

   --Но я на это надеюсь.

   Гарри отошел от генератора и снова опустился на стул рядом с Миллсом.

   --Дэйв, - глухо заговорил он. - Ты уверен, что сможешь простить мне то, что я сделал? Я... правда был не в себе... Со мной иногда такое бывает.

   --Гарри, думаешь я этого не понимаю? - ученый положил ему руку на плечо.

   --Ты не поверишь, но мне впервые в жизни стыдно за собственное поведение, - признался Голдфилд, стирая с лица остатки слез.

   --Впервые в жизни ты остановился и не сделал то, чего хотел, - произнес Дэвид. - Я прав?

   Гарри поднял на него глаза, вспоминая скольких людей он убил, через сколько трупов переступил ради достижения собственных целей, зачастую руководствуясь лишь прихотью, а не необходимостью.

   --Ты прав, - согласился он. - Я впервые победил ее.

   --Кого? - не понял Миллс.

   --Свою ненависть... - Голдфилд сделал паузу, - к людям.

   Опустив голову, он умолк.

   --Мне надо выпить, - проговорил он наконец.

   --Нет, нет, нет, - остановил его Дэвид, взяв за руку. - Никакой выпивки. Сейчас не время напиваться.

   --Но мне плохо! - попытался воспротивиться Гарри.

   --Когда ты наконец поймешь, что проблемы не тонут в вине? Они лишь разрастаются как снежный ком.

   --Я хочу немного расслабиться, - взмолился Голдфилд. - Мой мозг вот-вот взорвется!

   --Гарри...

   --Совсем немного.

   Гарри высвободил руку и, поднявшись, направился к шкафу в дальнем углу комнаты.

   --Будешь? - спросил он Дэвида, доставая вино.

   --Нет, - тот покачал головой в ответ.

   --Ну, ладно, - Голдфилд откупорил бутылку и вернулся к компьютеру.

   Несколько минут они молча созерцали цифры на мониторе.

   --Лилиан придет сегодня? - спросил наконец Миллс.

   --Нет, - отозвался Гарри, приложившись к горлышку. - В фирме много работы, а потом она поедет домой.

   --А этот федеральный агент больше к ней не приходит?

   --Не знаю, - Голдфилд сделал несколько жадных глотков. - Она мне ничего не говорила. Знаешь, это ирония судьбы, но...

   --Что но?

   --Я в ней абсолютно уверен. Лили не выдаст меня.

   --А в чем же ирония?

   --Она - женщина, - Гарри развел руками. - Я никогда не доверял женщинам.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Врата Войны
Врата Войны

Вашему вниманию предлагается история повествующая, о добре и зле, мужестве и героизме, предках и потомках, и произошедшая в двух отстоящих друг от друга по времени мирах, соответствующих 1941-му и 2018-му годам нашей истории. Эти два мира внезапно оказались соединены тонкой, но неразрывной нитью межмирового прохода, находящегося в одном и том же месте земной поверхности. К чему приведет столкновение современной России с гитлеровской Германией и сталинским СССР? Как поймут друг друга предки и потомки? Что было причиной поражений РККА летом сорок первого года? Возможна ли была война «малой кровь на чужой территории»? Как повлияют друг на друга два мира и две России, каждая из которых, возможно, имеет свою суровую правду?

Александр Борисович Михайловский , Марианна Владимировна Алферова , Юрий Николаевич Москаленко , Раймонд Элиас Фейст , Юлия Викторовна Маркова , Раймонд Фейст

Фантастика / Альтернативная история / Боевая фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы / Фэнтези
Бозон Хиггса
Бозон Хиггса

Кто сказал что НФ умерла? Нет, она затаилась — на время. Взаимодействие личности и искусственного интеллекта, воскрешение из мёртвых и чудовищные биологические мутации, апокалиптика и постапокалиптика, жёсткий киберпанк и параллельные Вселенные, головокружительные приключения и неспешные рассуждения о судьбах личности и социума — всему есть место на страницах «Бозона Хиггса». Равно как и полному возрастному спектру авторов: от патриарха отечественной НФ Евгения Войскунского до юной дебютантки Натальи Лесковой.НФ — жива! Но это уже совсем другая НФ.

Ярослав Веров , Павел Амнуэль , Антон Первушин , Евгений Войскунский , Игорь Минаков

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Фантастика / Научная Фантастика / Фантастика: прочее / Словари и Энциклопедии
Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези