Читаем Грани Игры (СИ) полностью

Тём инстинктивно сжал ладонью рукоятку своего кинжала, в висках застучало от накрывшего его с головой бешенства, а в его белеющих от исступления глазах, которые только что видели, как твари растерзали любимую женщину, отразилась боль и ярость. Впервые с момента поглощения души вампира камнем в рукоятке, Тём полностью ощутил в себе пленённого Патриарха. И их разом ставший единым Мир сузился до ближайшего размахивающего тришулой и смрадно дышащего слюнявой пастью ящероподобного монстра.

Блок, критический укол глевией, уворот от тришулы, ещё один критический укол и даже не смех, а хриплый клёкот из горла переступающего через дохлую ящерицу норда. С этого шага, в мире Тёма осталось всего две вещи: летящая в него тришула, от которой надо было увернуться и точка на теле очередного врага, в которую надо было вонзить острие Змеи крови.

Что происходило вокруг, Тёму стало всё равно. У него не осталось никаких желаний и устремлений, кроме одного "Убивать"! И Змея крови, словно напитанная его яростью, наносила только критические удары, забирая жизни ящероподбных тварей за два — три удара. Полученный ранее от Патриарха навык "регенерация" подскочил до ста процентов и не давал Тёму рухнуть в красную зону жизней.

Тём не мог сказать сколько продолжалось это безумие: секунды, минуты, десятки минут? Время вокруг норда остановилось.

Холодный громоподобный голос, властно приказавший замереть, окаменил руки и ноги Тёма и растормозил его мозг. Тело ещё жаждало продолжения бойни, хоть и не могло сдвинуться ни на пол пальца вперед, а пьянящее неистовство уже уступало место трезвому взгляду вокруг. Голос, парализовавший Тёма, принадлежал Лорду Смерти. Норд почти прорубил коридор к темному предводителю. Тот остановил Тёма на расстоянии не более двух метров от себя. И сейчас безразличным тоном скомандовал своим приближенным:

— Подтащите этого мертвеца ко мне!

Вытянутая рука с указательным пальцем была направлена прямо на Тёма.

Вынырнул ли Анат из невидимости или применил какое-то другое умение, но как он оказался он перед Лордом Смерти, Тём, потерявший харжитов из виду с появлением тёмных, уследить не успел. Зато отрубленную и медленно, отжившим осенним листком, падающую вниз руку Всадника Ужаса, с продолжающим торчать указательным пальцем, он успел проводить взглядом до самой земли. Из обрубка упало несколько капель черной густой крови. И всё. Крови больше не было. Был рёв искалеченного Лорда Смерти и два одновременных удара алебардами его телохранителей, не оставивших Анату даже одного шанса на спасение.

А ещё был отчаянный крик Анти, вынырнувшей по другую сторону от Всадника Ужаса. Два её меча вонзились в щель между доспехами, при этом, сумев войти в тело Всадника всего на четверть длины лезвия. И через мгновение она разделила судьбу своего брата.

Тём, видя безумно смелую, но сути своей, бесполезную атаку и гибель своих телохранителей вдруг ощутил огромную усталость и подкатившее к горлу безразличие. Чтобы ни говорил Анат о доблестной и славной смерти, но к потери ещё и доверившихся ему близнецов, Тём все равно оказался не готов.

Только сейчас запоздало и не нужно он понял, о чем его хотел предупредить гонец от Яр — ыка. Кто же мог догадаться, что за этим предупреждением может стоять Ужас Кадранса? Эх, если бы он сразу сообразил всю серьезность предупреждения!

И тут же горько опроверг сам себя, понимая, что предупреждение было слишком размытым и не могло никак повлиять на ход рейда. Всё было бы так же. Этот кирпич, как не крути, в конце улицы всё равно падал ему на голову.

Тем временем, Всадник Ужаса справился со своей болью и замолчал. Он избавился от мечей, торчащих из его тела, просто обломав лезвия и, после того, как внимательно посмотрел в глаза Тёму, запекшейся черной культей указал своим телохранителям на норда.

— Он мне больше не нужен, убейте его.

— Лорд Кринос, — выпорхнувший откуда-то из-за плеча Всадника толстячок в пестрых штанах с глумливой от природы рожицей, попытался остановить расправу, — Хозяин будет очень недоволен. Он хотел говорить с владельцем глевии.

Лорд Смерти ответил пикси, даже не повернув головы к этому маленькому фею — мутанту.

— Тристан, Хозяин же не знал, что это будет не прошедший до конца ритуал посвящения инквизитор. Хоть это и не важно. А отношение Хозяина к инквизиторам любого вида мне тебе рассказывать не надо. Или надо?

Пикси скривил лицо в ещё одной гримасе.

— Не надо. Но я доложу Хозяину, что ты его не послушал.

Тём, ощутил, как постепенно паралич оставляет его тело, позволяя для начала шевелиться пальцам рук и ног. И понимая, что терять нечего, так, как Всадник безразлично выслушал угрозы забавного толстячка, задал вдруг ставший очень важным для себя вопрос:

— А ведь про Хозяина я уже слышал раньше. И кто у вас Хозяин?

Всадник, всё же повторно остановил свой взгляд на норде. И этот взгляд ничем не отличался от взгляда ворона, рассматривающего лежащего перед ним на спине и дрыгающего ножками мелкого никчемного жучка: