Читаем Гранатовый срез полностью

Будто услышав его пожелание, на столе секретаря зазвонил телефон.

— Это, скорее всего, нам, — подал голос Андрей. — Они, наверное, пытаются с нами связь установить.

Директор посмотрел на аппарат. Немного помедлил, видимо, обдумывая план разговора, потом резко взял трубку:

— Але… Я по телефону разговаривать не буду… Не важно почему… Присылайте рацию, все, конец связи…

* * *

Оперативный штаб разместился в здании 'Госстатуправления' неподалеку от 'Кроны'. Отсюда двухэтажный домик фирмы был виден, как на ладони. Гусев стоял за спиной переговорщика, когда тот положил трубку:

— Он требует рацию, — недоуменно сказал психолог. — По телефону общаться наотрез отказался. Я не успел выяснить, почему.

— Наверное, испугался, что будет известно его местонахождение во время разговора, — высказал предположение спецназовец. — Там, скорее всего, трубка проводная. А, может, дурнее себя ищет, хочет в рации каналы потеребить, чтоб нас послушать. А, может, боится, что по линии какую-нибудь штуку пустим. Помните, как одного бизнесмена убили?

— Он в политехническом учился, — сказал развалившийся в креслах на последнем ряду Фокин (статуправление отвело для нужд оперативников актовый зал).

Строгий увэдэшный полковник, с широкими бровями и жиденькими седыми усиками, не стал выслушивать предположения сотрудников, а немедленно послал помощника исполнять требование бандита.

— Олег, давай еще раз по схеме пробежимся, — подошел к сыщику Гусев. — А то, чувствую, скоро выставляться придется.

— Давай.

— Вот, смотри, — развернул спецназовец листок, усаживаясь в кресло рядом. — Второй этаж занимают другие фирмы, так?

— И часть первого тоже, — уточнил Фокин.

— Да? Удачненько. Кстати, оттуда людей всех эвакуировали?

— Конечно, почти сразу. А что, взрывать будете?

— Как получится, — протянул Гусев. — Как получится…

* * *

Кривенко поднял Андрея с пола и пристегнул наручниками к батарее.

Полынцев скис. Он-то рассчитывал выбрать момент и напасть на бандита, ну, хотя бы с теми же канцелярскими ножницами. А теперь что? Теперь уж ничего. Да, признаться, и до этого было ничего. К чему строить из себя Рембо? Со связанными руками, да на вооруженного бугая — смешно. Вон, как шкафы ворочает, дылда.

Директор, не теряя времени, забаррикадировал мебелью центральный вход и двери кабинетов.

— Внимание, гражданин Кривенко! — снова послышался на улице мегафонный голос. — Сейчас к окну подойдет наш сотрудник и оставит на подоконнике рацию. Заберите ее… И просьба: не совершайте опрометчивых поступков.

Директор подошел к Андрею и, отстегнув наручники, угрожающе, с хрипотцой, произнес:

— Одно резкое движение, одно слово, и пуля в твоем затылке. Мне терять нечего — трупом больше, трупом меньше. Надеюсь, ты понял.

Полынцев сдвинул в сторону жалюзи, раскрыл створки окна. Как же хорошо было там, на свободе: промозглый ветерок, ледяной, моросящий дождик, черная, в горошинах луж, земля (снег никак не хотел укладываться на зиму и сходил, в который уж раз). Это же чудо! Это счастье! Не понимают люди, что такое счастье, а оно вот, рядом, и ходить никуда не надо. На него накатило предсмертно-лирическое настроение, просунув руку сквозь металлическую решетку, он взял с подоконника рацию и в последний раз окинул взглядом улицу. Она казалась такой милой, такой родной: и эти выложенные кирпичиком клумбы, и эти густые, как щетина, кустики… кустики… Стоп! Неужели?!.. Ну-ка, ну-ка повнимательнее… Сердце учащенно забилось. Неужели это те самые кустики?.. Да, да — это были они! Это спецназовцы шли его выручать. Это Гусев! Андрей был уверен, что это именно Гусев идет ему на помощь. Будет штурм, будет! Никто не собирается потакать бандиту.

— Ты чего там застрял? — крикнул сзади директор. — Ну-ка быстро закрыл окно и отскочил в сторону.

— Станция через решетку не пролазила, — закрывая створки, сказал Полынцев, — еле протащил.

— Давай сюда.

Снова приковав пленника к батарее, Кривенко сел за стол и принялся ножом вскрывать корпус рации…

— Внимание, — раздался на улице знакомый мегафонный голос. — Почему не отвечаете на наши запросы?

— Суки, детскую игрушку подсунули, — чертыхнулся директор, осмотрев схему. — Она только с напарницей может разговаривать. Шакалы.

Полынцев довольно ухмыльнулся. А ты, наверное, думал, тебе 'Моторолу' со сканером пришлют?

— …Ответьте штабу, почему молчите? — ожила радиостанция, когда Кривенко соединил корпус.

— Слушаю.

— Почему молчали? Что связь плохая?

— Связь плохая, хуже не придумаешь, — хмуро ответил директор. — Что других аппаратов не нашлось?

— …Нет, — после небольшой паузы сказал переговорщик, видимо, тоже ухмыльнувшись. — Итак, мы предлагаем вам отпустить заложников и сдаться властям.

— Мои условия такие, — прокашлялся Кривенко. — Иномарка с полным баком бензина, пол-лимона зеленых и свободный выезд, чтобы никаких хвостов. Иначе, заложников пускаю в расход.

— Прежде, чем обсуждать ваши условия, нам бы хотелось убедиться в том, что заложники живы.

— Одного вы уже видели в окне, когда рацию передавали. А второй лежит связанный, я его на себе таскать не собираюсь.