Читаем Графиня Монте Карло полностью

Солнце било в окна, и когда Аня раздвинула балконные двери, в комнату ворвался морской воздух и крик чаек. Внизу была неширокая гавань Монако, длинный пирс, разделяющий ее, с двух сторон которого сгрудились яхты. Улица, ведущая от отеля, сбегала к морю, где на набережной начиналась петля Гран При, чуть дальше район казино и непосредственно Монте-Карло. Аня рассматривала густо застроенный городок и удивлялась: она всегда считала, что Монако и Монте-Карло — это один и тот же город, а выяснилось, что нет: в княжестве кроме Монте-Карло есть еще город Фонвьей — это промышленный регион Монако, город Ла-Кондамин и город Ларвотт. Правда, местным жителям и самим неудобно считать их городами и потому называют эти местечки регионами или административными округами, хотя трудно понять, где кончается один и начинается другой — настолько все плотно застроено. Удивительно, сколько домов вокруг, есть уже высотные здания, а населения в княжестве меньше тридцати тысяч. И все же на протяжении трехмильной береговой полосы княжества столько автомобилей и яхт, переполненных молодыми и не очень людьми, столько праздношатающихся или загорающих на пляжах, что кажется — это густо населенный город, в котором можно заблудиться или потеряться в толпе!

На самом деле народу на пляже было не так много, а в море вообще никто не купался — температура воды была двадцать градусов, если верить табличке, выставленной для того, чтобы предостеречь отчаянных смельчаков. Аня присела на лежак под зонтиком, не рискуя лечь, стесняясь своего откровенного бикини, приобретенного в Милане. Огляделась по сторонам: никто вроде на нее не глазеет; успокоившись немного, достала из сумочки купленную на букинистическом развале книгу. Она взяла ее совершенно случайно и даже не думала покупать, но седой старик-продавец, очень похожий на Карла Маркса, воскликнул: «Какой у Вас вкус, мадемуазель! Я думал, что молодежь уже не читает Базена». Только тогда она посмотрела на обложку: Эрве Базен, «Счастливцы с острова «Отчаяния», отдала старику сто франков и поспешила перебежать дорогу, пока поблизости не было какого-нибудь «феррари» или «лотуса».

Солнце грело, но не жгло, лениво накатывалась волна, пережевывая мелкую гальку, с палуб недалеких яхт ветер доносил смех и отдельные слова; долетела даже целая фраза — веселый мужской голос произнес: «Позавчера море нас здорово потрепало». Аня даже голову подняла, чтобы увидеть счастливого человека, которого треплет не жизнь, а всего-навсего море, да и то он от этого испытывает удовольствие. Но яхт было много, и людей на них предостаточно — загорелые мужчины в шортах и в морских белых фуражках и их спутницы в шезлонгах, загорающие исключительно топлес.

Аня решилась прилечь на спину, положила под голову сумочку, чтобы удобнее было читать, подумала, что вряд ли она долго сможет так нежиться — скоро зазвонит в сумочке телефон, купленный Шарманщиковым для нее в Милане («Для того, деточка, чтобы нам не потерять друг друга»), пропиликает аппаратик электронную мелодию итальянской песенки, и голос Константина Ивановича опять призовет ее. Аня чувствовала себя неловко: во-первых, никакой работы, судя по всему, не намечается. Приехал старик в казино поиграть, а ее взял как… Впрочем, об этом лучше не думать. Старик воспитан и вежлив, ни он, ни его приятель Саша не позволяют себе ни слова, ни намека. Интересно, а этот Саша? Скорее всего, телохранитель Шарманщикова. А сам старик кто? Купил ей кучу дорогих тряпок, и это было ужасно с ее стороны принять их и даже спасибо сказать. Впрочем, она и спасибо толком не сказала, кивнула как дурочка. Она и была дурочкой зареванной — ни с того ни с сего вдруг истерику закатила: стыдно. Потом, когда ехали по итальянской Ривьере, уже проскочили Портофино и приближались к Сан-Ремо, она сказала:

— Константин Иванович, все то, что Вы купили, бешеных денег стоит, я не смогу Вам их отдать.

А он обернулся с переднего сиденья:

— Деточка, я еду бизнесом заниматься, а Вы — моя помощница, значит, в доле. Считайте, что все это итальянское барахло — ваш аванс. Кстати…

Тут он достал из кармана пластиковую карточку и протянул Ане:

— Это тоже Ваш аванс. Если вдруг потеряемся или Вы захотите домой вернуться.

Аня хотела отказаться, но все-таки промолчала и даже записала в карманную книжечку пин-код. Сколько на счету у нее денег, пока не узнавала, но, наверное, долларов четыреста, чтобы хватило на билет до Петербурга…

— Мадемуазель! — раздался голос так близко, что девушка вздрогнула.

Повернула голову и увидела подошедшего к ней мужчину, на котором из одежды были лишь спортивные плавки и черная сосулька эспаньолки на подбородке. Аня сняла широкополую шляпу и положила на грудь, чтобы прикрыть узкую полоску своего купальника.

— Меня зовут Андреу. Прекрасная сегодня погода, не правда ли, мадемуазель…

Девушка задумалась на мгновенье, но все-таки назвала себя.

— Мое имя Анна.

— Мадемуазель Анна, я вчера видел Вас в казино. Хотел подойти, но Вы были с отцом. Он у Вас строгий?

— Это мой босс.