Читаем Графиня полностью

— Я решил, — начал Томас, тщательно прожевав свиную котлетку в томатном соусе, — что отец Амелии прав. Не желаю, чтобы моя аура слабела и исчезала. Не желаю, чтобы моя тень таяла и светлела, а дух беспомощно скитался по этой земле. Отныне я буду игнорировать свои хвори и страдания. И хотя отчего-то чувствую странный зуд в области правой подмышки, не стану обращать на него внимание. Амелия наверняка разволнуется, но я буду тверд как скала.

Он нагнулся и поцеловал жену — прямо в губы, перед всеми присутствующими. Мисс Крислок наградила меня милой улыбкой и подмигнула. Я откусила кусочек устрицы в тесте.

Где Джон?

— Любовь моя, — попросила Амелия, — расскажи подробнее об этом непонятном зуде, чтобы я знала, стоит ли волноваться.

Вместо ответа он снова поцеловал ее. Мы рассмеялись. Не знаю отчего, но на душе стало немного легче.

Лоренс не вернется домой до Рождества. Времени у меня больше, чем нужно, чтобы обдумать и осуществить планы.

День прошел незаметно. Я поговорила с миссис Ред-брист о слугах, о белье в помещениях для челяди, о замене кухонной посуды. Составила меню с кухаркой. Сделала комплимент Брантли относительно тренировки Джорджа, хотя жалела о том, прежнем песике. Новый Джордж, который послушно сидел у ног, пока ему не подадут знака, был совсем не так забавен.

Я навестила Малютку Бесс. Ее спина и нога почти зажили. К вечеру я немного посидела в детской с Джудит и мисс Джилбенк. И научилась здороваться по-гречески.

Джудит напомнила, что ей целую неделю разрешено ужинать со взрослыми. Совсем забыла! Мой мозг изъеден страхом. Ах, вот и способ отвлечься, в котором я так нуждалась!

Улыбнувшись милой девочке, я пообещала поговорить с миссис Редбрист, и попросить кухарку сделать шарлотку с глазурью на десерт.

Брантли согласился передать поручение кухарке. Я переодевалась под кудахтанье Белинды и наслаждалась ее заботой. В присутствии горничной я чувствовала себя в безопасности, пусть даже иллюзорной.

Я быстро спустилась по главной лестнице в гостиную, надеясь увидеть там Джона.

Улыбаясь, распахнула дверь.

И замерла.

У стола расположился мой муж, склонив голову и внимательно слушая мисс Крислок. Она восседала в огромном мягком кресле. Джудит и мисс Джилбенк устроились напротив. Амелия стояла за стулом с высокой спинкой, рассеянно вертя в длинных пальцах бокал. Ни Томаса, ни Джона в комнате не было.

— Добрый вечер, дорогая.

Я не знала, что делать. Завопить, что муж хочет меня убить? Возможно, перерезать ему горло?

Взяв себя в руки, я согнала с лица гримасу ужаса и улыбнулась:

— Какой чудесный сюрприз, сэр!

«Верно, Энди. Продолжай и дальше в том же духе», — подумала я. Нужно играть, играть спектакль, чтобы он не догадался, какой ужас гнетет меня. Но какого черта он тут делает? Поверить невозможно! Ведь Лоренс уехал только сегодня утром!

И где, спрашивается, Джон?!

Я устремилась к мужу, и тот, поспешно поставив на стол бокал с хересом, подошел ко мне, сжал мои руки и наклонился, чтобы поцеловать в щеку.

— Ах, дорогая Энди, только последний глупец не торопится домой, где его ждет прелестная, очаровательная дама.

«Что я тебе сделала?!»

Мне хотелось закричать, ударить его, но я лишь покрепче закусила губу и постаралась взять себя в руки.

— Лоренс, — пролепетала я, — но вы только утром уехали. Что случилось? Какая-то неприятность? О, вы ужасный обманщик, сэр, и к тому же льстец.

И я рассмеялась. Мне в самом деле удалось рассмеяться!

Он подался вперед и снова приложился губами к моей щеке. На этот раз я чуть не отпрянула, но в последний момент взяла себя в руки. И едва он выпрямился, взглянула ему прямо в глаза, впервые ясно увидев, что в них нет ни капельки тепла. По крайней мере по отношению ко мне. Они жесткие и холодные. Он улыбнулся мне, и я вздрогнула. Лоренс совсем как змея, перед тем как напасть. О чем он думает? Что замышляет?

Я отвела взгляд и поздоровалась со всеми. Джудит была так возбуждена, что не могла усидеть на месте. Мисс Джилбенк выглядела поистине неотразимой в темно-золотистом муслиновом платье, переделанном Белиндой из моего. Оно так ей шло! Мисс Крислок, судя по всему, вязала шарф, сидя в своем привычном кресле у камина. Красивый каминный экран защищал ее от излишнего жара. На коленях лежала раскрытая книга, подаренная, по ее словам, моим мужем.

— Что вы читаете, мисс Крислок?

— Ах, дорогая Энди, это роман, который, как считает Лоренс, должен мне понравиться. Тут говорится об очень плохой, можно сказать порочной, девушке, которую родители тщетно пытаются наставить на путь истинный.

— Господи, — вздохнула я, оборачиваясь к Амелии. — Лоренс действительно считает, что подобная книга может кому-то понравиться? Где Томас? Только не говорите, что Томас заболел и слег!

— Нет, он десять раз спустился и поднялся по лестнице. Решил закаляться. Я оставила его лежащим в ванне. Он сказал, что хочет немного отдохнуть и смыть пот.

У меня вырвался смех, громкий, искренний: на мгновение я даже забыла о присутствии мужа и о том, что так и не сумела проникнуть в его мысли.