Читаем Готы полностью

В своей «Истории против язычников» Павел Орозий сообщает о торжественной клятве Радагайса, который, «как это в обычае у сего рода варварских племен, всю кровь римского народа обещал доставить в питье своим богам». Черный пиар? Черт его знает!

«Варварская» орда разделилась на три части (все вместе «вооруженные мигранты» Радагайса не смогли бы прокормиться) и медленно наступали на Ветхий Рим (среди населения которого стали распространяться антихристианские настроения: во всех бедствиях «мировой» державы винили христиан, преследовавших римское «родноверие» и даже удаливших при Феодосии I из сената статую Виктории – римской богини победы).

После опасности, только что навлеченной на Италию Аларихом, над Первым Римом нависла новая угроза. Были спешно вновь отремонтированы городские стены. Стилихон, согласно Зосиму, стянул в район города Пизы 30 воинских подразделений из Лигурии. Иногда под этим понимают 30 легионов, но это представляется маловероятным. Поскольку во всей западной половине Римской империи тогда насчитывалось всего 86 легионов. Скорее всего, Стилихон смог собрать 30 когорт, примерно 15 000 воинов. Усилив их конными отрядами «федератов» под началом гунна Ульдина (Ульдиса) и гота (!) Сара (как видим, готы дрались против готов как под римскими, так и под собственными знаменами). Об опасности сложившегося положения свидетельствует принятый весной 406 г. указ сената, дозволявший освобождение рабов с последующим призывом их в ряды римских войск.

Когда полчища Радагайса, продвигавшиеся, вследствие своего разноплеменного состава, очень медленно, приблизились к Флоренции, Стилихон напал на них. На этот раз во вражеском войске не было никого, кто был ему известен или нужен и кого следовало бы щадить. К тому же Радагайс (к «грабь-армии» которого, согласно нескольким источникам, примкнули некие аланы, отличные от панцирных аланских конников, служивших Риму верой-правдой под орлами[445] Стилихона) на своем пути по Северной Италии разрушил много городов, оставляя за собой широкую полосу выжженной земли. Так что Стилихон был вынужден проявить не только твердость, но и классическую «староримскую» жестокость. Чтобы «буий варвар» (как писал Иван Грозный о крымском хане) Радагайс не счел римского военного магистра «слабаком», тот счел необходимым «шхерануть его со страшной силой».

В живописной долине под Фезулами, всего в паре миль от осажденной Радагайсом Флоренции, произошло долгожданное сражение, а точнее – бойня. Стилихон отбросил «варваров» на несколько миль от Флоренции, к скалистым высотам Фезул, где «варвары» заняли неприступную позицию. Стилихон окружил высоты линией полевых укреплений, чтобы взять врага измором. Томимые голодом и жаждой, «варвары» ринулись в бой. Но вылазка гарнизона Флоренции и наступление войск Стилихона лишили германцев Радагайся, оказавшихся «меж двух огней», всякой надежды на победу, а высокие склоны Фезульской долины исключили возможность спасения бегством (во всяком случае – женщин, детей и обозной прислуги). Да и переправиться обратно через Арн оказалось невозможно. Ловушка захлопнулась. Конечную фазу битвы источники описывают по-разному. Согласно одним источникам, Стилихон великодушно позволил своим гуннским союзникам под предводительством Ульдина истреблять окруженных до тех пор, пока «рука бойцов колоть устала». Грозные гуннские «кентавры», спастись от которых германцы Радагайса тщетно пытались, уйдя от них в Италию, настигли беглецов и там. Если гуннские «федераты» Стилихона и не истребили всех взятых в окружение германцев до последнего, то спастись от бойни удалось совсем немногим. Или многим, если верить другим источникам, указывающим, что вследствие многочисленности «варваров», плененных Стилихоном под Фезулами, средняя цена раба на италийском рынке «говорящих инструментов» (как именовали рабов римские юристы) снизилась в 12 раз. По утверждению Павла Орозия, «количество пленных готов было столь велико, что толпы людей продавали повсюду как самый дешевый скот, по одному золотому за каждого». Учитывая внушительную численность полчищ Радагайса (от 100 до 400 тысяч человек обоего пола), даже после битвы «на уничтожение» при Фезулах в живых осталось, возможно, от 60 до 150 тысяч женщин, девушек и девочек – больше, чем могли вместить и сбыть хотя бы с минимальной прибылью все рынки рабочей, т. е. рабской, силы западной части Римской империи. Так что, возможно, пришлось убить и часть пленниц: когда спрос ниже предложения, избыток товара уничтожают…