Читаем Готикана полностью

– Погоди. – Корвина озадаченно нахмурилась. – Как же он тогда был преподавателем?

– Судя по всему, предыдущий профессор нашел работу получше, и руководство не смогло вовремя подыскать ему замену. Поэтому доктор Грин – заведующая кафедрой – разрешила мистеру Девереллу преподавать первокурсникам, пока он писал диссертацию, а сама взяла на себя старшие курсы. Раньше такого не случалось, так что он был тут вроде белой вороны.

Вот уж точно.

Корвина встала и принялась развешивать оставшуюся одежду, а Джейд продолжила:

– Однако я вовсе не осуждаю Алиссу за то, что она с ним замутила. Ей не стоило этого делать, но мистер Деверелл… Есть в нем что-то. Он горяч, но чертовски холоден. Никто ни черта о нем не знает: ни откуда он родом, вообще ничего. Среброглазый дьявол – вот, как мы его прозвали. А еще у него прядь волос с ранней сединой, которая очень ему идет, понимаешь?

Нет, она не понимала. Но поверила Джейд на слово и вернулась к прежней теме.

– Значит, у Алиссы была с ним интрижка?

– Да, но знала об этом только я. Нельзя сказать, что у них все было на лбу написано или что-то в таком духе. Если честно, они это не афишировали, так что мне неизвестно, что произошло. Отчасти я предполагаю, что это он во всем виноват. Иначе на кой черт она полезла на крышу? Но я не знаю.

Джейд закрыла глаза ладонями, и Корвина почувствовала, как щемит сердце от боли, исходящей от ее подруги. Она начала было вставать, чтобы утешить ее, но, не зная толком, что можно сделать, села обратно, теребя пальцами край свитера.

Взгляд зеленых глаз Джейд устремился к ней.

– Я была в саду с Троем – тем светловолосым придурком, что сидел внизу – и его компанией, когда увидела ее на крыше. Надеюсь, теперь проход туда закрыли. Мы пытались докричаться до нее, заставить ее послушать нас. А она даже не посмотрела вниз. Без раздумий. Без колебаний. Просто шагнула с крыши, будто могла ходить по воздуху.

Пока Джейд говорила, заходящее солнце залило комнату призрачным светом. Корвина все слушала подругу, и ее пробрала дрожь. Краем глаза она заметила какое-то движение и перевела взгляд в угол комнаты, где мерцал свет. Корвина зажмурилась, а потом собралась с мыслями, пытаясь понять, привиделось ли ей, но, похоже, там ничего не было.

С колотящимся сердцем она встала и подошла к шкафу, чтобы разложить вещи по местам, и сосредоточилась на разговоре.

– Ее тело упало прямо передо мной, голова разбилась от удара, – дрожащим голосом поведала Джейд. – Я не могла это вынести. Потому и сбежала.

Корвина размышляла над ее словами, устремив взгляд за окно, любуясь видом. Снаружи справа на стене сидела зловещая горгулья с широко открытой пастью. Корвина знала, что это всего лишь водосточная труба, но вид ее вселял ужас. Она даже представить себе не могла, как жутко та будет выглядеть ночью.

– Неужели не проводили расследование? – спросила она новую соседку, выдвинув ящик для нижнего белья.

Хотя носить его она не любила. С лифчиками Корвина не дружила. Учитывая условия, в которых она росла в обществе одной только матери, у нее редко возникала необходимость их надевать. Но трусики она носила каждый день, за исключением тех случаев, когда ей попросту не хотелось это делать.

– В полицию никто не обращался, – ответила Джейд, вновь возвращая ее внимание к разговору. – Сказали, что попечительский совет сам во всем разберется, поскольку было совершенно очевидно, что это самоубийство. Может, им пришлось сообщить в полицию. Я не знаю.

Все же это было очень странно. Совсем не этого ожидала Корвина в свой первый день в новом месте. И хотя она слегка беспокоилась из-за предстоящей учебы и новых людей – ведь ни в той, ни в другой среде она себя еще толком не испытывала, – но такого никак не представляла. Она не знала, как реагировать в этой ситуации, а потому решила продолжить молча раскладывать вещи.

– Можешь меня обнять? – Услышав раздавшийся за спиной голос, Корвина обернулась и увидела стоящую за ней Джейд. Они были почти одного роста. – В приемной семье мне всегда говорили, чтобы я просила обнять меня, когда мне грустно.

Корвина моргнула, слегка смутившись. В последний раз она прикасалась к человеку много лет назад, когда сжала руку матери, затем ее отпустив. Сглотнув, Корвина шагнула вперед и обхватила девушку руками, сдерживая внезапно навернувшиеся на глаза слезы. Джейд была очень милой. Она обняла Корвину, и та почувствовала, что от нее пахнет клубникой, счастьем и чем-то немного темным. Обе выдохнули, как будто с их плеч упала тяжесть всего мира.

– Я чувствую, что тебе тоже грустно, – сказала ей Джейд. – Но у тебя все будет хорошо. Если случившееся с Алиссой меня чему-то научило, так это тому, что нужно говорить о ерунде, которая причиняет нам боль. Хочу, чтобы ты знала: я готова тебя поддержать. Поговорить обо всем, о чем захочешь. Без осуждения.

У Корвины защипало глаза. Нос подрагивал, что случалось всякий раз, когда она была готова расплакаться. Корвина кивнула.

– Спасибо. Я тоже готова поддержать тебя.

Джейд отстранилась, подошла к чемодану и, покопавшись в нем, выкинула оттуда ворох одежды.