Читаем Государь Федор Иванович полностью

Начальный этап службы князя отражен в них известием, согласно которому Андрей Васильевич на исходе 1570-х годов[127] был воинским головой, командовавшим отрядом тверских ратников, высланным под Корелу (нынешний Приозерск в Карелии) для поддержки известного при Иване IV полководца Михаила Андреевича Безнина. Тогда Безнин разбил «немецких людей» (очевидно, так названы силы шведов с подвластными им финнами). Князь Елецкий — младший командир в русской армии, совершившей это славное дело[128]. Известно, что князь прибыл под начало Безнина как дворянин из удела крещеного татарского «царя» Симеона Бекбулатовича, получившего от Ивана IV титул «великого князя Тверского»[129].

Служба достойная, но невеликая.

А вот под 7100 (1591/1592) год князь А. В. Елецкий выступает как самостоятельный военачальник, притом действует он удачно и добивается победы над неприятелем: «Были в Чернигове воеводы: Григорей Микитич Борисов-Бороздин, да князь Ондрей Васильевич Елецкой, да Матвей Павлов сын Проестев, да Матвей Уродков сын Игнатьев; а из Чернигова они ходили воевать Киевских мест:

в Большом полку князь Ондрей Васильевич Елецкой;

в Передовом полку Матвей Павлов сын Проестев;

в Сторожевом полку Матвей Уродков сын Игнатьев.

А литовские было люди поставили острог в государеве земле, и государь посылал князь Ондрея Елецково да Матвея Проестева, и они тогда литовских людей збили и острог розорили»[130].

Следует отметить: первый воевода Большого полка — чин полководца, когда является старшим из воевод во всем полевом соединении, т. е. воеводы Передового и Сторожевого полка обязаны ему повиноваться. И, следовательно, Андрей Васильевич достиг успеха как командующий самостоятельной армией.

Отсюда вывод: Андрей Васильевич до отправки в Сибирь успел показать себя с лучшей стороны. Московское правительство доверило ему большое дело, поскольку прежние поручения он выполнял достойно. Позднее, вернувшись в Москву, он занимал воеводские должности (пусть и невысокого уровня), т. е. продолжал считаться дельным военачальником.

Другое событие, связанное с Тарой, — окончательный разгром хана Кучума в битве на Ирменском поле. Он связан с именем Андрея Матвеевича Воейкова.

В Тару Воейков был назначен, судя по данным разрядных документов, т. е. официальных списков должностных лиц, в 7115 году (конец 1596 — первая половина 1597)[131].

Основным источником по Ирменскому сражению служат не летописи, а документы старомосковских архивов, дошедшие до наших дней, прежде всего отчет Андрея Матвеевича, названный по обычаям XVI века «отпиской»[132].

Эта бумага доносит подробные сведения о ходе боевой операции и ее последствиях.

Итак, 1 августа 1598 года в Тару пришла грамота от имени царя Бориса Федоровича, содержавшая приказ: «Идти с тары в поход на Кучума царя и волости воевать, которые… царю непослушны и ясаку на тару не дают». В сущности, Годунов-царь продолжает ту же политику, которую начинал Годунов-боярин при царе Федоре Ивановиче. Поэтому стоит проследить за тем, к сколь блистательному триумфу она в итоге привела.

В Тарском городке на тот момент числилось двое воевод, из коих Воейков числился вторым по старшинству и, как тогда говорили, «по чести»: Степан Козьмин-Короваев, Андрей Воейков, да при них состоял еще воинский голова Петр Пивов.

Воейков снарядился и вышел из Тары очень быстро — уже 4 августа. С ним было 3 сына боярских, 3 атамана, знатный татарин в чине воинского головы, а также 397 местных «служилых людей», состоявших из «литвы и казаков, юртовских и волостных татар». Итого, вместе с самим Воейковым, 405 человек. Притом служилые татары и иные представители «ясачных» народов составляли в отряде Воейкова более 50 процентов ратной силы. Они являлись боевым элементом в армии, отправленной против Кучума, наравне с русскими бойцами.

Андрей Матвеевич отправил «за языками» сына боярского Илью Беклемишева и голову татарского Черкаса Олександрова «в волости… которые… от государя царя… отвел Кучум царь в 106 году[133], в Турашскую и Любарскую волость». 10 августа они прибыли с языком, «турашским лучшим человеком Куздемышем Махлеевым». Выяснилось, что Кучум велел местному населению «жить на Уби». Всего с Кучумом тогда было 500 человек и 50 бухарских «торговых людей».

Воейков пришел на «Убь-озеро» 15 августа и допросил местное население. Тамошние жители сообщили: «пошел… Кучум-царь с Черных вод на Обь-реку с детьми и со всеми своими людьми». Воейков велел местным разойтись по своим старым местам и, как прежде, платить ясак государю.

Затем разведчики Воейкова, тот же Илья Беклемишев и атаман Казарин Волнин, привели ему пленников: трех татар Кучума, «барабинского лучшего человека Еснигилдея Турундаева и 15 ясачных человек». Они «в роспросе сказали»: Кучум кочует на Оби, с ним 500 человек, хочет идти на Тару, Ялынскую и Каурдацкую волости войной; еще 30 семей людей Кучума живет на «Ике-озере».