Читаем Городской тариф полностью

- Мы ожидаем, что следователь, как только получит дело Щеколдина, вынесет постановление о производстве экспертизы выделений, обнаруженных на лестнице возле квартиры Канунникова. Если он этого не сделает, грош ему цена. У него уже есть информация о том, что на банке с окурками, обнаруженной возле квартиры, следы пальцев именно Щеколдина, и он, по идее, должен сложить два и два. Теперь он должен проверить следы слюны на окурках и мочу. Поскольку в наличии имеется труп Щеколдина, можно добиться абсолютной идентификации человека, находившегося на лестнице возле квартиры Канунникова. По следствию у меня все.

- Теперь по экспертизам, - начальник отдела Кувалдин кивнул в сторону Зинаиды Васильевны, опытнейшего специалиста по экспертизам с огромным стажем.

В этом месте Ионов несколько отвлекся, в криминалистике он разбирался слабо и считал возможным особо не вникать. Судя по лицу Зинаиды Васильевны, претензий к изъятию образцов и проведению экспертных исследований у нее было море. Сотрудники следственно-оперативной группы сами затоптали все, что можно, потому что сперва на месте происшествия работал молоденький техник-криминалист, который не умеет разговаривать со старшими офицерами и покорно ждет, пока они соизволят выйти из помещения… На исследование представили только замок, извлеченный из входной двери квартиры Канунникова, а «родные» ключи для сравнения не представили… Для проведения сравнительного исследования не изъята у Кирилла Сайкина и не представлена обувь, в которой он был, когда приходил в квартиру вместе с хозяином… Плохо упакованы обнаруженные на лестнице окурки: их свалили в один конверт, тогда как, по правилам, они должны быть упакованы каждый в отдельный бумажный сверток, и только после этого все свертки укладываются в бумажный конверт…

Евгений Леонардович слушал вполуха, думая о Шепеле и его сыне. Сегодня он еще не встречался с Дмитрием, а ведь если они встретятся, Дима наверняка снова поднимет вопрос о назначении Вадима. Что ответить? Как себя вести? Ответа от Владимира Игнатьевича Ионов пока не получил, но это и немудрено, они ведь разговаривали в пятницу, поздно вечером, потом были два выходных дня, когда многие руководители предпочитают отдыхать за пределами столицы, а сегодня только вторая половина понедельника. Вопрос серьезный, его за пять минут не решишь, Евгений Леонардович по опыту знал, что ждать ответа ему придется не меньше недели. И всю эту неделю ему придется как-то вести себя с Шепелем. Как? Ах, Димка, Димка, поставил ты в пикантную позицию своего старого наставника. Может, струсить? Сказаться больным, сидеть дома, отключить мобильник, а к домашнему телефону пусть Роза подходит и всем отвечает, что профессор недомогает и велел не беспокоить. Нет, это уж очень по-детски, негоже ему в его-то восемьдесят лет прятаться, как нашкодивший пацан. И почему, в конце концов, он должен бояться Шепеля? Пусть Димка сам его боится.

- Спасибо, - поблагодарил Кувалдин Зинаиду Васильевну. - Оперативно-разыскная деятельность, пожалуйста.

Поднялся бородатый Сергей Александрович, открыл папку. Ионов оживился и стал слушать.

- Здесь картина очень неровная, потому что уровень профессионализма вовлеченных сотрудников сильно разнится, - начал он. - В самом начале я докладывал о существенном пробеле в их работе, этот пробел до сих пор не устранен. По делу работают четыре человека, и ни один из них до сих пор этого пробела не обнаружил.

- Может быть, они его видят, но считают несущественным? - заметил Ионов.

- Наверняка так и есть, - пожал плечами Сергей Александрович, - но мне непонятно, почему они считают его несущественным. Какие у них для этого основания? А скорее всего, они его просто не видят.

- Вы хотите сказать, что уверены в важности этой информации? - допытывался профессор. - Вы считаете, что именно в ней кроется ключ к раскрытию преступления? Вернее, теперь уже двух преступлений, если иметь в виду Щеколдина.