Читаем Города в полете полностью

Тихо приоткрылась дверь и молодой Онианин жестом поманил Амальфи. Мэр встал без особого неохоты: мальчишки доставляли ему массу неприятностей сегодня, и он обнаружил, что скучает по Эстелль. В ее функции входило напоминание всей группе о возможных ловушках в предположениях Ретмы: например, здесь, Ретма использовал d, которое по тем познаниям, что имелись у Амальфи насчет математики являлось дифференциалом в вычислениях, просто как выражение для константы; он использовал G, которая для Амальфи было постоянной тяготения, чтобы выразить термодинамический термин, который Амальфи привык видеть написанным в виде заглавной буквы греческого алфавита «пси»; и мог ли быть Шлосс уверен в том, что i у Ретмы является эквивалентом квадратного корня из минус единицы, как это было в математике Новой Земли? Без сомнения, у Шлосса имелись полные основания считать, что взаимопонимание по этому исключительно простому символу давно уже достигнуто между Ново–Землянами и Ретмой, но без Эстелль Амальфи чувствовал себя все не несколько беспокойно. Кроме того, он знал, по крайней мере интеллектуально, что несмотря на то, что все подобные важные битвы с проблемой в физике обычно выигрывались вот на таких совещаниях, у таких вот классных досок, все же временно не был к ним расположен. Ему нравилось наблюдать, лишь когда какие–то события происходило по настоящему. И они не замедлили со своим началом. Как только дверь захлопнулась, скрыв из виду видимых и невидимых физиков, молодой Онианин произнес:

— Прошу извинить меня, за то что побеспокоил вас, мистер Амальфи. Но вас вызвали по срочному поводу с Новой Земли. Это Мэр Хэзлтон.

— Хеллешин! — это ругательное словечко имело Веганское происхождение; и никто из живущих не знал его значения. — Ладно, пошли.

— Где моя жена? — без всякого предисловия потребовал от него Хэзлтон. — А так же мой внук и дочка Джейка? И где ты сам пробыл все эти последние три недели? Почему ты не вызывал меня? Я тут уже схожу с ума, а Ониане устроили мне головомойку четвертого уровня сложности, прежде чем позволили мне связаться с тобой…

— О чем это ты говоришь, Марк? — спросил Амальфи. — Останови хотя бы на немного свою пулеметную речь и дай мне разобраться, в чем это тут дело.

— Именно это и Я хотел бы знать. Хорошо. Я начну снова. Где Ди?

— Я не знаю, — спокойно ответил Амальфи. — Три недели назад я отослал ее домой. И если ты не можешь найти ее — это уже твоя проблема.

— Она сюда не прибыла.

— Как не прибыла? Но…

— Именно — но. Корабль, посланный за ней и детьми, так и не прибыл. Мы вообще больше ничего о нем не слыхали. Он просто исчез, а вместе с ним — Ди, дети и все остальное. Я суматошно пытался связаться с тобой, чтобы узнать — выслал ли ты корабль в обратный путь или нет; Теперь то я знаю, что ты это сделал. Что ж, думаю, мы можем понять, что _э_т_о_ означает. Тебе лучше бы закончить свое барахтанье в физике и немедленно вернуться сюда, Амальфи.

— А что я могу сделать? — спросил Амальфи — Я знаю ничуть не больше тебя.

— Тебе бы, черт возьми, все же лучше вернуться сюда и помочь мне разобраться во всей этой каше.

— Какой каше?

— Что ты делал все эти три последние недели? — завопил Хэзлтон. — Ты хочешь мне сказать, что ничего не слышал о том, что происходит?

— Нет, — ответил Амальфи. — И прекрати вопить. Что ты хочешь этим сказать — «Мы знаем, что _э_т_о_ значит»? Если ты думаешь, что понимаешь, что именно произошло, так почему же ты не предпринимаешь никаких действий, а вместо этого забиваешь линии Дирака, пытаясь достать меня? В конце концов, ты же мэр; И у меня достаточно своей работы, которую необходимо выполнить.

— Если мне крупно повезет, я еще пробуду мэром дня два, наверное, — яростно выпалил Хэзлтон. — И ты несешь прямую ответственность, так что не нужно пытаться ускользнуть. Апостол Джорн начал свой поход две недели назад. Сейчас он располагает флотом, хотя я и не могу себе представить, как он его сформировал. Основная часть его сил не находится поблизости от Новой Земли, но так или иначе, он все равно постарается захватить планету — и вся Новая Земля просто кишит этими деревенскими парнями с фанатичными выражениями лиц и размонтированными спиндилли. И как только они доберутся до меня, конечно же я ничуть не сопротивляясь собираюсь сдаться — ты ничуть не хуже меня знаешь, что может сделать одна из этих машинок, и эти фермерские парни используют их, как личное оружие. Не собираюсь жертвовать десятками тысяч жизней, только лишь для того, чтобы сохранить свою администрация; если они хотят чтобы я ушел, они спокойно могут меня убрать.

— И ты считаешь это моей виной? Я однажды уже говорил тебе, что Воины Господа опасны.