Читаем Город за рекой полностью

— Хотя деятельность эта, — продолжал Перкинг, — предполагает и требует определенной духовной способности она являет собой, естественно, посильное и весьма скромное участие в ходе человеческой истории и так же незначительно может оцениваться в сравнении с той мудростью, с какой законодательное руководство Префектуры управляет целой системой города-страны. Ассистенты Архива, несмотря на свое отличное от всего остального населения положение, суть только помощники, исполнители линии, которую проводит высшая власть.

— А моя задача? — спросил Роберт.

— Вы как заведующий Архивом должны полагаться на то, — мягко разъяснял служащий, — что каждый из нас осознает обязанность соответствовать духу Архива. Должен, пожалуй, сказать, что мы верные и испытанные служители. Вы сможете на основе выборочной проверки убедиться, что за текущей деятельностью мы не упускаем нашей собственной работы.

— Господин Перкинг, — сказал Роберт, — я был бы вам благодарен, если бы вы помогли мне войти в курс дела.

Служащий чуть заметно улыбнулся и показал Роберту на обширную картотеку, которая в строгом порядке располагалась в ящичках на письменном столе.

— Здесь находится ключевая настольная картотека по использованию архивных материалов, — пояснил он, — которую составил наш Мастер Готфрид, ваш предшественник, за долгие годы работы. Архивариусы по истечении определенного срока испытания получают обычно такое звание — и вам, господин доктор, тоже будет пожаловано со временем звание Мастер Роберт. По каждой предметной Рубрике в этой картотеке вы найдете описание означенного предмета, а также подробные разъяснения по использованию списка дополнительных досье и местоположение обработанной или еще только подлежащей оценке литературы, в том числе и фотоматериалов. Мы, ассистенты, можно сказать, не нуждаемся в помощи картотеки, потому что благодаря долгой практической работе знакомы со структурой и фондами Архива во всех его подразделениях, новичку же она поможет освоиться здесь, у нас, без посторонней помощи.

Роберт молча принял эти слова, расценив их как намек в свой адрес, и дал возможность Перкингу, не отвлекаясь, продолжать разъяснения.

— Если представить себе, что здесь содержится духовное наследие пусть не всего мира, а хотя бы только евразийской его части, как оно собиралось на протяжении столетий и даже тысячелетий — по сути, со времени установления письменной традиции смертных — и неизменно расширялось, то можно считать, что для этого не хватило бы ни помещений Старых Ворот с его, разумеется, обширными подземными этажами-хранилищами, ни вообще какого-либо архива мира. Да, это можно было бы счесть, как я вижу по вашему изумленному взгляду, за утверждение сумасшедшего или безумца, тем более если я прибавлю, что подавляющая часть наших рукописей принадлежит к менее известной и считающейся исчезнувшей литературе. Однако мы не мечтатели, если даже нам приходится заниматься благоглупостью, равно как и всей той мудростью, что присуща людям. В противоположность библиотекам и научным институтам всех ведущих стран, в которых хранится все случайно собранное, независимо от качества и от степени использования, в нашем Архиве с каждым новым поступлением автоматически подвергается сортировке и отбору все наличное духовное наследие. Творческих мыслей, — продолжал сотрудник, — не так много, чтобы их нельзя было зафиксировать, подобно созвездиям на небе. Масштабы и объем духовной субстанции исчисляются природой с такой же точностью, как песчинки земли. Подобно им, запас идей нельзя умножить или уменьшить. Различны только формы, в которых они выступают, неодинакова лишь интенсивность, с какой протекает обновление мыслей.

— Если я правильно понимаю, — сказал Роберт, — здесь собрано все значительное, что когда-либо возникало в умах людей и записывалось на их языках, то есть сумма подлинного наследия — сокровищница и бездна духа!

Перкинг слегка поднял вверх левую руку, так что обнажился край красной шелковой подкладки просторного рукава. Вытянув указательный палец, как будто он хотел! нарисовать в воздухе какой-то знак, ассистент сказал назидательно:

— Сокровищница и бездна духа — как точно подмечено! Так, пожалуй, мог бы выразиться Курцико.

Он медленно опустил руку.

— Поведение человека, — продолжал старый Перкинг, — которое он занимает по отношению к повседневности, любви, смерти, по отношению к власти, истине и божественному закону, подчиняется, как вы знаете, твердым ритуалам, в том числе определенным ритуалам выражения. Они, как волны, ритмически движутся, бьются внутри временного целого. Они всегда присутствуют. Кто однажды приобрел кругозор, тот различает соответствия отдельных периодов и вкладов народов. Далее обнаруживается, что каждая запись, будь то песня, мысль, изображение или описание, имеет в духовном пространстве свой образ и прототип. Не всегда это такое новое, которое превосходит старое по силе и глубине. Это облегчает нашу работу. Но я утомляю ваше внимание сведениями, которые вам как ученому, само собой, известны.