— Да нет, ничего, просто интересно. Как это все выглядит с его точки зрения? Может, он думает: «Черт возьми, да это кто-то из своих поработал».

Клэр пристально посмотрела на Дуга.

— С чего бы ему так думать?

— Только потому, что другого парня избили, тебя взяли с собой, а потом отпустили целую и невредимую.

— Что ты имеешь в виду? Он что, меня подозревает?

— Откуда мне знать? Просто в голову пришло. Ты никогда об этом не задумывалась?

Клэр замерла, словно человек, сквозь сон услышавший какой-то странный звук и ожидающий его повторения.

— Ты меня немного напугал.

— А знаешь что? Наверное, мне лучше говорить о том, в чем я разбираюсь.

— Нет, — решила она, — нет, это невозможно.

— Видимо, они просто решили не исключать никаких возможностей.

Но все-таки он заронил в ней тень сомнения, и этого достаточно. Она сидела, ссутулившись и скрестив руки высоко на груди.

— Озябла? — спросил Дуг.

— Да.

— Думаю, скоро будет песня «Любовь ондатров». Это нам намек.

Клэр сказала, что она больше не будет пить вино, и Дуг вылил остатки в сточный желобок на краю крыши, затем сложил стулья и выключил проигрыватель посреди песни «Поэтичный парень».[55] Вино капало на тротуар, образуя кровавое пятно. Они вышли из здания и пошли по улице Банкер-Хилл к площади Памятника. Кучка скейтбордистов, околачивающихся на ступеньках у подножия гранитного монумента, напомнила Дугу его команду, он почувствовал зуд раздражения. Они пришли к перекрестку пяти улиц в самом сердце перестроенного района Чарлзтауна.

— Ну что же, — сказал Дуг, резко остановившись на тротуаре. До ее дома за углом оставалось несколько сотен метров.

Клэр это явно удивило.

— Что же…

«Попроси телефончик. Иначе будет некрасиво. А потом исчезни навсегда. Ради нее, да и ради себя тоже».

— Итак… — Она ждала.

Дуг вытер капельки пота над верхней губой. «Ты сходил на свидание, поиграл с огнем, получил, что хотел, — и хватит». Клэр смотрела на него. В пустом бокале, который она по-прежнему держала в руке, отражаясь, разлился свет фонаря.

— Послушай, — начал Дуг. — Я, наверное, вообще не должен был оказаться здесь с тобой.

— Почему ты так говоришь? — удивилась она, словно он говорил на языке, понятном лишь ему одному. — Что ты имеешь в виду?

— Да я сам не знаю. — Дуг переминался с ноги на ногу, понимая, что надо уходить. — Я в последнее время сам не свой, в голове полный бардак. Привык к порядку, ясности, чтобы все определенно было. А не так. Когда сам не понимаю, что делаю.

— Но ведь… я тоже. — Откровение. Радостная улыбка — узнала родственную душу. — У меня ведь то же самое сейчас.

— И мне необходимо… Я пытаюсь жить хорошо, понимаешь?

— Послушай. — Клэр шагнула к нему, разглядывая его лицо в свете газовых фонарей. Протянула руку к его лбу. Дуг не отстранился. И девушка дотронулась до шрама, рассекавшего его левую бровь. — Еще в ресторане хотела спросить.

— Хоккей. Старая травма. Ты… ты любишь хоккей?

Она отняла пальцы от его лица.

— Терпеть не могу.

Дуг быстро закивал.

— Так что ты делаешь завтра вечером?

— Что… завтра? — удивилась Клэр.

— Наверное, дел невпроворот, да? Первый день на работе после перерыва. Устанешь. Может, тогда послезавтра?

— Я не… — Она озадаченно посмотрела на Дуга. — Даже не знаю.

У него было такое ощущение, будто кто-то, сидевший у него в груди, решил раскрыть зонт.

— Ладно, давай так. Я сделаю все необходимое, чтобы увидеть тебя снова. А ты хотела бы со мной встретиться?

— Я… — Клэр посмотрела ему в глаза. — Конечно.

— Отлично. Стало быть, у нас обоих крыша поехала, и это хорошо. На этот раз твоя очередь. Выбирай место. Где-нибудь за пределами Чарлзтауна. Я за тобой заеду — прямо здесь и встретимся. Назови последние четыре цифры твоего номера.

Она назвала. Дуг не дал ей возможности узнать его телефон, отмахнулся от мысли о прощальном поцелуе и попытался просто оторваться от нее. Сейчас он вел себя так, будто был пьянее, чем когда-либо в жизни.

— Удачи тебе, — пожелал он, отступая. — Завтра.

— Спасибо. — Клэр подняла бокал, словно это был подарок. — Спокойной ночи, Дуг.

— Ух ты! А можешь еще раз это сказать?

— Спокойной ночи, Дуг.

— Спокойной ночи, Клэр. — Он произнес это, и странное дело — в него не ударила молния и не убила прямо посреди улицы.

Глава 14

Крестный отец Заброшенного поселка[56]

Дез жил в Шее.

Чарлзтаун был пасынком Бостона, а Шея — падчерицей Чарлзтауна. Чтобы добраться туда, надо было проехать мимо башни Шраффт-Центра,[57] у западного выезда из Города, потом крутануться на сто восемьдесят градусов у железнодорожного депо ТУЗМ[58] на Низкую улицу, нырнуть под две осыпающиеся эстакады и свернуть, минуя станцию «Площадь Салливана» — бетонное строение, отдававшее дань городской деградации. За ней ютился райончик из шести улиц, застроенный старыми домишками, также известный под названием Заброшенный поселок. Аванпост, расположившийся на краю Чарлзтауна и самого Бостона, последнее поселение перед бразильскими продуктовыми рынками сомервилского Булыжного Холма.