Читаем Город (сборник) полностью

– Насколько мы знаем, нигде. Работать он никогда не стремился. Нам только известна фамилия адвоката, который представлял его на бракоразводном процессе.

– Это нам не поможет. Особые отношения адвокат – клиент позволяют ему не раскрывать рта.

– Так что же нам делать? – вновь спросил я. – А если анонимно сообщить полиции о Лукасе Дрэкмене?

– Мы тоже не знаем, где он живет, и мы не знаем, под каким он живет именем.

– Мы в тупике, – опечалился я.

– Никогда не говори таких слов. – Одним пальцем он прошелся по стрелке правой брючины вдоль бедра до колена, потом – по левой. – Мне надо об этом подумать. Дело довольно сложное.

– Да, конечно. У меня голова болит, когда я об этом думаю.

– А теперь, раз мы к этому подошли, ты не думаешь, что надо обо всем рассказать твоей маме?

Если бы я мог бледнеть, то чернота полностью ушла бы с моего лица.

– Ох, нет, нет! С чего я начну? Что она обо мне подумает? Она перестанет мне доверять!

– Правда лечит, даже когда открывается позже, Иона Керк, если открываешь ее всю и с извинениями. – Я напомнил ему, что не лгал матери, только кое-что от нее скрывал, и услышал в ответ: – Я никогда не посоветую тебе и дальше скрывать от нее эту информацию… Но, если честно, должен признать, что еще какое-то время самое лучшее – ничего ей не говорить. Если она поверит тебе и пойдет в полицию, то не добьется ничего, кроме того, что мы вспугнем твоего отца и его сообщников. И тогда вам с матерью будет грозить серьезная опасность. Пока, к счастью, этого нет.

Он поднялся, и я последовал его примеру, чуть мне поклонился, и я проделал то же самое. Протянул руку, и я ее пожал.

– Извините, что пришел и вывалил все на вас.

– Не за что тебе извиняться. По-моему, ты все сделал правильно. Дай мне несколько дней, чтобы хорошенько все обдумать. А пока, как говорят детективы в романах, тебе лучше залечь на дно.

Он направился к двери в огромный цех, я – к выходу, но он меня позвал. Мы встретились в центре приемной.

– В этой истории есть недостающее звено.

– Вы не про получеловека-полуобезьяну?

– Нет, я не про эволюцию, а про того, кто может связывать твоего отца, Фиону Кэссиди и Лукаса Дрэкмена. И предлагаю тебе какое-то время избегать мистера Реджинальда Смоллера.

Уже собравшись защищать мистера Смоллера, я вспомнил, как мой отец иногда уходил к технику-смотрителю с шестибаночной упаковкой пива. Вроде бы для того, чтобы развязать ему язык и услышать от него нелепые версии всяческих заговоров, которыми он позже делился со мной и моей мамой.

– Я нисколько не удивлюсь, – продолжил мистер Иошиока, – если люди с черными сердцами, о которых он упоминал, понятия не имеют о том, что мисс Кэссиди бесплатно жила в квартире 6-В.

На моем лице отразилось разочарование.

– Я всегда думал, что он хороший парень.

– Очень возможно, что он – хороший парень. Но ручаться за это жизнью я бы не стал.

Мистер Иошиока вернулся к работе, и когда за ним закрылась дверь, я подошел к стойке и поблагодарил милую женщину, которая вызвала его из цеха.

– Надеюсь, у него не будет неприятностей из-за того, что он прервал работу.

Она мне мило улыбнулась, и ее улыбка меня порадовала: я не думал, что она стала бы улыбаться, если бы я навлек на портного неприятности.

– Не волнуйся, Иона, мистера Иошиоку здесь высоко ценят.

– Я тоже его высоко ценю, – ответил я. Когда произносил эти слова, произошло странное. Они словно распухли в горле, и я стал задыхаться. И милая дама вдруг расплылась перед глазами.

Снаружи дул холодный ветер и ярко светило солнце. На этой шумной улице, среди больших грузовиков и множества занятых своими делами людей, в окружении множества городских кварталов, я почувствовал себя ужасно маленьким, даже хуже, чем маленьким. Внезапно я почувствовал себя совсем одиноким.

41

Я прошел четыре длинных и два коротких квартала, которые отделяли «Столичные костюмы» от нашего многоквартирного дома, а потом еще два длинных квартала до ближайшей библиотеки.

Эта библиотека не шла ни в какое сравнение с центральной, расположенной напротив Музея естественной истории, и пол в ней выложили плитами известняка, а не разноцветным мрамором со сложным рисунком, но книг в ней тоже хватало.

Пользоваться каталогом я умел, но не знал, в каком разделе искать нужные мне книги. Поэтому обратился к библиотекарю и уже через пять минут сидел за читальным столом с четырьмя книгами. В трех Манзанар упоминался походя, в четвертой речь шла только о нем.

Так назывался городок – Manzanar на испанском произносился как «Мансанар», что означало «Яблоневый сад». Находился он в двухстах двадцати пяти милях от Лос-Анджелеса, в долине Оуэнса. Его основали в 1910 году, но в 1930-м забросили, после того как Лос-Анджелес приобрел в долине более шести тысяч акров для своих нужд.