Читаем Город-фронт полностью

— Отходить придется, подполковник, к укрепленному району. Ничего тут сейчас не поделаешь, — вздохнул Александр Иванович. Когда мы оставили лес и оказались на открытом поле перед Ям-Ижорой, генерал Черепанов послал предупредить о своем решении командира танкового подразделения. Я тем временем вызвал Гуляницкого и приказал готовить к взрыву ям-ижорский мост.

Когда фашисты почти уже ступили на этот мост, раздался оглушительный взрыв. Высоко вверх взметнулся сноп пламени, балки и настил рухнули в воду.

Александр Иванович болезненно поморщился:

— Разрушать всегда неприятно. Однако сейчас это для нас единственный выход. Думаю, теперь задержим здесь немца..

Примерно через час, уже в темноте, в огневой бой с наседавшими гитлеровцами вступили Ижорский артиллерийско-пулеметный батальон и рабочий отряд И.Ф. Черненко. Пожелав им успеха, Черепанов отправился в Смольный докладывать Ворошилову и Жданову о случившемся. Потом и нам с полковым комиссаром Н.А. Муха пришлось выехать в Ленинград.

Едва мы успели войти к себе в штаб, как Николай Михайлович Пилипец сообщил еще одну неприятную новость:

— Двадцать третья армия оставляет Выборг. Подписана директива об отводе оттуда всех трех дивизий. Приказано взорвать доты и другие важнейшие объекты в Выборге.

23-я армия с начала войны удерживала пограничные узлы обороны на левом фланге. И до последних дней ее положение под Выборгом оставалось прочным. Но, боясь обхода Выборгской группы войск с флангов, командующий армией генерал-майор М.И. Герасимов несколько дней назад попросил разрешения отойти. Тогда М.М. Попов запретил это делать и даже упрекнул командующего за пассивность. А теперь вдруг мы сами собираемся разрушить все эти укрепления...

Да, обрадовал ты нас, — покачал головой комиссар.

Это еще не все, — кивнул на карту Пилипец. — По директиве отход армии разрешен не дальше бывшей линии Маннергейма и на вуоксинский водный рубеж. А сейчас оттуда доносят, что финны форсировали Вуоксу и уже перехватили дороги южнее Выборга. Так что и отходить-то из Выборга некуда...

Обидно было от сознания, что приходилось терять такой замечательный рубеж. За Выборгом у нас имелись мощные, вполне современные железобетонные артиллерийские полукапониры. В них еще до войны закончили монтаж вооружения. Перед дотами установили минные заграждения. Недаром противник так долго не решался наступать на этом участке.

— Ну и что же сейчас там происходит? — спросил я. Пилипец развел руками:

— Не известно. Штаб армии уже дважды сегодня перемещался, и сейчас связь с Герасимовым нарушилась.

Одно ясно: три выборгские дивизии сидят в мешке.

Михаил Илларионович Герасимов всегда казался мне воплощением уверенности в самом себе. Он обладал каким-то подчеркнуто небрежным спокойствием. Однажды Герасимову доложили о прорыве противника. Он остался невозмутимо-спокойным и продолжал насвистывать какую-то легкомысленную мелодию из оперетты.

А Пилипец между тем продолжал:

— Не хотел огорчать, но пусть уж все разом. К вашему сведению, части восьмой армии, оборонявшие Таллин, и корабли Балтийского флота начали эвакуацию через Финский залив.

В Смольном шло заседание Военного совета фронта. [В целях сосредоточения усилий для обороны Ленинграда 23 августа 1941 года Северный фронт был разделен на Карельский и Ленинградский фронты] В оперативном отделе и отделе военных сообщений не успевали получать и выполнять распоряжения: осуществлялась новая перегруппировка сил.

В район станции Мга срочно перебрасывались пограничные войска НКВД. Под Колпино выдвигалась 168-я стрелковая дивизия, эвакуированная через

Ладожское озеро из города Сортавала. Балтийский флот получил задание вывезти на кораблях три дивизии из-под Выборга. Нелегко было в ту ночь уточнить задачи для инженерных войск. Командующего фронтом я смог увидеть только утром. На столе у генерала стоял стакан с крепким черным кофе. В кабинете чуть-чуть пахло валерьянкой.

Увидев меня, Маркиан Михайлович недовольно поморщился:

— Что вы хотите, Бычевский? Я собирался побриться. — Он с силой потер щеку рукой и опять поморщился, словно от зубной боли. — Обстановку знаете, решения все есть, работать надо!

— На Неву хочу ехать, товарищ командующий,— доложил я. — В районе Островки — Кузьминки есть исправный железнодорожный мост. Не захватили бы его немцы. Там ведь наших частей нет?

— Начальник погранвойск генерал Степанов получил задание машинами перебросить на правый берег Невы батальон народного ополчения. На левом берегу будут действовать сто шестьдесят восьмая дивизия полковника Бондарева и дивизия НКВД полковника Донскова.

— А с мостом как быть?

— Конечно, готовьте к взрыву. Пожалуй, действительно поезжайте туда сами, только быстрее возвращайтесь. Имейте в виду, необходимо проверить Карельский укрепленный район. Там нужно будет поставить электропрепятствия, подготовить плотины к затоплению.