Читаем Город без войны полностью

Ребята полезли наружу. Место, на которое привезли группу, было очень похоже на то, из которого их увезли: та же степь без конца и края, только посреди степи стояла крепость из железобетонных блоков какой-то разобранного городского дома. Здесь были окопы с блиндажами и ежи с колючей проволокой. У каждого входа лежали мешки с песком. Рядом с крепостью виднелся колодец и несколько чахлых акаций. Чуть в стороне стояла слегка поко­сившаяся наблюдательная вышка.

– Вот в таком месте мы прошлый раз воевали, – сообщил Кеша. – Тут есть, где спрятать­ся, это тебе не два куста на ровном месте.

Сашка огляделся и пошёл к колодцу.

– Не пей сразу, – предупредил Пёс. – Набери вот в мою каску и присмотрись: если это место энские занимали, там вполне трупак может болтаться, ну или кровяки много, знаешь, они такие штучки любят.

Сашка посмотрел на колодец, протянутую Псом каску, и пить ему расхотелось.

– Ладно, кончай базар, – распорядился Женька, – заселяемся.

Парни из других групп уже таскали снаряжение в крепость. Сашка подумал, что их тут двадцать человек, да стены неплохие, так что, вероятно, можно будет отбиться без потерь, и полез осматривать окопы.                         

– Он здесь жить собирается, – хохотнул ему вслед Кеша.

«Собираюсь, – подумал Сашка. – Не подыхать же мне собираться. Хотя это у нас запро­сто. Что за война такая, схватят тебя за шкварку, привезут в степь, под чужие танки, если уцелел – опять схватят и на новое место. Чую я, что нами в штабе какие-то дыры затыкают, с кадетами бы так не обращались»… Окопы оказались довольно приличными: немного размокшими, с грязью на дне, но глубокими. Сашка прошёлся по одному из них до блиндажа, залез в блиндаж, посмотрел через щель на степь и окончательно успокоился. В крепости уже горел костёр, парни расположились кто где. Сашкина бригада поставила две палатки снаружи у самой стены, другие – подальше, и теперь пацаны ели консервы.

Через узкое отверстие в панели, служившее не то окошком, не то бойницей, Сашка по­смотрел, как уезжают привезшие их грузовики и сел к огню.

– Братва, а кто теперь за Волкова будет? – спросил Женька. – Вы хоть с кондором свя­зывались?

– Связывались, – спокойно ответил невысокий крепкий парнишка, везде таскавший с собой мини-радиостанцию, за что все его называли Радист. – Он говорит, выбирайте пока са­мого разумного. А потом помех в эфире много, не насвязываешься.

– Ну, выбирать по правилам надо одного из командоров, – сказал Женька, – только нашего не считайте.

Командоров кроме Витьки было трое – все взрослые парни. Сашка никого из них толком не знал, и ему было всё равно, кто займёт место Волка. Лишь бы не пинал без причины. Ребята спорили, размахивали руками, а двое чуть даже не подрались, но, в конце концов, выбрали Уксуса.

– Хана, – сказал Кеша, когда споры закончились. – Этот убьёт и имени не спросит. Вто­рой Горилла Тим.

Сашка пожал плечами и залез в палатку. Снаружи было слышно, как Уксус назначает по­рядок караулов…

Они промаялись на позициях два дня, а боёв даже не было слышно. На следующий день на грязном джипе приехал от кондора Эдик Кролик с бумагами и ещё одним парнем. Когда бумаги были подписаны, гонцы на радостях напились, и лежали в одном из блиндажей. Сашка с Кешей с утра до вечера играли в карты на сигареты, Пёс читал тощую книжонку, где не хватало уже половины страниц, Шиз лежал на мешках с песком и часами таращился в небо, а на Хныка напала тоска: он ныл, как ему не хватает Олега, ревел, размазывая по лицу слезы и грязь, и так всех достал, что полу­чил от Женьки по шее.

Вечером второго дня до ребят стали доноситься далёкие раскаты.

– Танки стреляют, точно вам говорю, – клялся Кеша.

Караулы на ночь были удвоены, и Сашка опять оказался в окопе. Рядом в блиндаже сидел Пашка Радист и непрерывно пытался выйти на связь с кондором.

– Ни хрена никто не слышит, – жаловался Пашка. – Техника – дерьмо, помехи одни, или это нас энские глушат.

– Южный Форпост штурмуют, – сказал сидящий рядом с Радистом Уксус.

– Грузовики! – крикнул с вышки наблюдатель.

– Кого везут? – спросил Уксус.

– Навейное, энские наступают! – выполз из своего блиндажа Кролик. – А что в эфие?

– Глухо.

– Энские! – закричал наблюдатель совсем громко. Парни похватали оружие и рассыпа­лись по окопам.

– Ну вот, опять, – бормотал Кеша рядом с Сашкой. – Начинается!

– А они что, – удивленно спросил Сашка, – на грузовиках прут? Мы же их порвём!

– Точно, – Уксус заматерился и сам полез на вышку. – Какие энские! Ты, сучок слепой!

Наблюдатель оправдывался, пытался спрятаться от разозлённого Уксуса.

– Говнодавы! Салага знает, что грузовики в атаку не ходят, пообосрались тут! – Уксус пнул наблюдателя и спустился вниз. – Это наши отступают, уроды!

 Грузовики приближались, Сашка насчитал их шесть штук.

– Яненых везут, – предположил протрезвевший от страха Кролик. – Ийи пьенных с юга.

 Парни подождали, пока грузовики подъедут совсем близко, и вышли из укрытия. Уксус и командоры говорили с шоферами, а Кролик бегал от одной машины к другой и что-то оза­боченно высматривал.