Читаем Город Атлантов полностью

Фолькленд слабо пошатнулся, упав на одно колено. Опустил безвольно голову, выскользнув из петли. Райзен замер в ожидании, что преступник начнёт умолять о пощаде, но тот лишь попытался встать. Копы помогли ему, стали придерживать сзади. Райзен сделал знак. Палач резко опустил рычаг. Верёвка со свистом раскрутилась, распахнулись дверцы люка. Несчастный стал задыхаться, дёргаться в конвульсиях, но его безнадёжные попытки становились все слабее и слабее.

Камилла прижала платок к губам, словно её тошнило. Вскочила и быстро убежала.

Тело безжизненно обвисло, лишь покачивалось с лёгким скрипом. Райзен ощутил вновь прилив невероятного восторга, переходящего в почти физическое наслаждение. Все прошло, как по нотам. Он встал, вновь обвёл присутствующих взглядом. В какой-то момент ему хотелось услышать аплодисменты, овацию, но потом решил, это лишнее. Райзен подошёл к распростёртому на земле телу. «Хорошо, что Камилла не видит, как мерзко он теперь выглядит». Выпавший изо рта лиловый язык, свёрнутая набок шея с багровой бороздой. Между ног на брюках расплывалось мокрое пятно. В мертвецах никогда не было ничего привлекательного.

— Он мёртв? — поинтересовался Райзен скорее для проформы, чем из любопытства.

Врач, встав с колен, молча кивнул.

— Вы уверены?

— Можете сами убедиться, — ответил тот с чуть заметной иронией, махнув рукой в сторону неподвижного тела.

— Мистер Райзен, такое невозможно инсценировать, — проговорил Стэнвуд саркастически, но в голосе ощущалась только усталость.

— Хорошо. Кремируйте тело. Прямо сейчас, — приказал Райзен, не спуская глаз со Стэнвуда.

Шеф полиции замер, нахмурился, но быстро взял себя в руки.

— Что уставились? — грубо прикрикнул он на стоящих рядом копов. — Выполняйте приказ.

Райзен стоял около печи крематория, сложив руки на груди. Адский огонь с шумом и завыванием пожирал останки. Когда операция завершилась, выехал металлический ящик, наполненный толстым жирным слоем пепла. Что-то сверкнуло между полупрозрачными тёмными чешуйками. Райзен быстро протянул руку. Расплавленные, потерявшие форму часы. Перед глазами промелькнул, как видение яркий, солнечный день и счастливый гонщик, прижимающий сверкающий кубок к груди за победу в ралли. Такие часы были у него на руке.

Райзен поднял глаза и заметил отстранённый, печальный взгляд Стэнвуда.

— Неужели вам жаль этого мерзавца, Стэнвуд? — подняв одну бровь, спросил Райзен.

— Вы сейчас сожгли последнюю надежду на улучшение жизни в нашем городе, мистер Райзен, — ответил Стэнвуд с глубокой горечью.

Он медленно снял с груди значок и швырнул под ноги Райзену. Маленький предмет звонко щёлкнул по кафельной плитке, упруго отскочил в сторону. Тяжело переставляя ноги, заложив руки за спину, Стэнвуд медленно ушёл, совершено не опасаясь, что его схватят.

Райзен остолбенел. Но через мгновение, показавшейся вечностью, крикнул полицейским, стоявшим рядом:

— Схватите его! Быстро!

Он не узнал своего срывающегося голоса.

Копы переглянулись между собой и бросились вслед Стэнвуду. Или сделали вид.

Райзен вернулся к эшафоту, вышел на свежий воздух, на каменный пустырь, где ждал автомобиль. Камиллы там не было. Он нахмурился и, перекатывая желваки, устроился на заднем сиденье.

— Моя жена не вернулась? — первым делом спросил Райзен, когда увидел на пороге особняка дворецкого.

— Нет, мистер Райзен, — ответил тот.

Райзен бросил взгляд на часы. С начала штурма штаба прошло уже больше восьми часов. Бедфорд скоро должен явиться с докладом.

Райзен поднялся к себе в кабинет, упав в кресло, нажал кнопку связи.

— Бедфорд не звонил?

— Нет, мистер Райзен, — послышался спокойный голос секретарши.

Райзен начал заметно нервничать.

— Найдите его немедленно!

Прошёл ещё час, затем второй и лишь к обеду Бедфорд явился к главе города, чтобы доложить о проделанной операции. На его лице Райзен к своему сильному неудовольствию увидел странную смесь ужаса и отчаянья.

— Бедфорд, доложите мне, как прошла операция, — в сильнейшем нетерпении воскликнул Райзен. — Сколько вам удалось захватить бунтовщиков, какие потери у полиции? Вы сожгли этот гадюшник? Черт возьми, вы должны были сообщить мне об этом несколько часов назад!

Бедфорд, пытаясь взять себя в руки, пробормотал:

— Да, там все сгорело. Абсолютно все. Сплошной ад.

— Что вы лепечите, Бедфорд? — раздражённо вскричал Райзен. — Что у вас произошло?! Немедленно расскажите мне, что случилось! Или я не знаю, что с вами сделаю!

— Мы напали на штаб, бунтовщики слабо сопротивлялись, — начал рассказывать Бедфорд хрипло. — Мы быстро сломали ворота, которые вели на станцию. Уничтожили все пулемётные точки по схеме, которую вы дали. И все это почти без сопротивления. Они отстреливались, но вяло. Но потом…

— И что потом? — перебил его Райзен, не понимая, почему взгляд собеседника стал таким безумным.

— Потом в коридоре, ведущем к штабу, появилась странная полупрозрачная стена, от неё отскакивали пули и ракеты.

— И вас это остановило? — резко спросил Райзен.