Читаем Горячий сезон полностью

— Но я ничего еще не сказал о работе, которую ты должен будешь делать.

— Это без разницы! — горячо заверил Сергей. — Какая бы ни была!

— Вот как, — усмехнулся Валентин. — Что ж, тогда не спеши уходить. Вернись и присядь на скамеечку. Поговорим…

Работа, по мнению Сергея, оказалась пустяковой. Даже в какой-то мере бессмысленной. Всего-то и нужно было, что выполнять кое-какие поручения Валентина. Причем ничего сложного в них не было. Сходить туда-то, встретиться с тем-то, понаблюдать за кем-то со стороны, сфотографировать городские виды и еще кое-какие мелочи, такие же, на взгляд Сергея, необременительные.

— И это все? — удивленно спросил он.

— В общем, да, — ответил Валентин.

— Но зачем это тебе?

— А это уже тебя не касается, — спокойным, даже безразличным тоном произнес Валентин. — Это дело мое. А твое — согласиться или не согласиться. Если согласишься — о долге мы больше не говорим. Ну а если не согласишься, то три дня тебе сроку…

— Я согласен! — торопливо ответил Сергей.

— Что ж, договорились, — кивнул Валентин. — Да, а фарцовка остается в силе. То есть я по-прежнему буду поставлять тебе всякий ходовой товар, а ты его продавать. Надо же тебе на что-то жить! Да и мне деньги не помешают.

— Да, но милиция…

— Об этом не беспокойся. — Валентин загадочно усмехнулся. — С милицией как-нибудь разберемся… Да, кстати, ты умеешь фотографировать?

— Фотографировать? — удивленно спросил Сергей. — Что фотографировать?

— То, что я тебе скажу. Ну так как?

— В принципе, да, — не очень уверенно произнес Сергей. — И фотографировать, и печатать фотографии.

— Что ж, хорошо, — кивнул Валентин. — Тогда жди меня завтра. Доставлю тебе кое-какой товарец, а заодно и фотоаппарат. Потренируешься. Пригодится.

Действительно, на следующий день Валентин привез Сергею несколько сумок с модной одеждой и фотоаппарат. Да не простой советский, а диво дивное, заморское. Такого фотоаппарата Сергей и в глаза-то никогда не видел.

— Вот, осваивай, — сказал Валентин. — В перерывах между фарцой. Да побереги агрегат, а то ведь и утащить могут. Вещица, как ты видишь, уникальная. Другой такой во всем городе не сыщешь. А может, и во всем Крыму. Ну, бывай.

Уже тогда у Сергея возникло смутное подозрение, что все это неспроста. И показное великодушие Валентина, и та непонятная и бессмысленная на первый взгляд работа, которую он должен будет выполнять, чтобы отработать долг, и этот невиданный фотоаппарат… За всем этим, по всей видимости, что-то скрывалось, но что именно? В какую авантюру втягивает его Валентин? Что может грозить Сергею?

Впрочем, все это были лишь теоретические размышления. На самом же деле вполне могло быть и так, что ничего особенного за всеми этими загадками и не таилось. Валентин — коммерсант, человек преуспевающий, а у каждого такого человека хватает в жизни всяких загадок. То есть слежка за кем-то, таинственные встречи и фотографирование — все это касается коммерческих дел Валентина. А если так, то ничего этакого Сергею не грозит. Да и отказаться от всего этого он не может, потому что иначе ему пришлось бы возвращать неподъемный долг. А посему к чему эти лишние размышления? Тем более что это всего лишь смутные догадки и предположения, ничего больше. А много ли в предположениях правды? Вот то-то и оно.

Не давала Маковозу покоя и мысль о тех трех милиционерах из ОБХСС, которые отобрали у него товар. Чем больше он обо всем этом думал, тем больше убеждался в том, что это был заранее продуманный спектакль. То есть эти трое не были, конечно, никакими милиционерами, но и грабителями-гастролерами тоже не были. Кто же они тогда? А просто люди Валентина. Да-да, именно так — люди Валентина. Это именно он велел им осуществить всю эту постановку: выдать себя за милиционеров, забрать товар, а самого Сергея отпустить и велеть ждать повестки на допрос. Какая повестка, какой допрос? Все это было лишь спектаклем, в котором Сергею заранее была отведена своя роль, и он ее сыграл так, как это было нужно. Кому нужно? Скорее всего, Валентину.

Но зачем ему все это было нужно? А затем, чтобы посадить Сергея на крючок. И получилось так, как получилось. Сейчас Сергей трепыхается на крючке и соскочить с него уже не может. Нет, не может. Хочет он того или нет, но ему придется исполнять любое поручение Валентина.

Впрочем, никаких особенных поручений Валентин Сергею не давал. За три минувших месяца было всего лишь несколько незначительных заданий. Дважды он ездил из Севастополя в Феодосию, чтобы встретиться там с неким Федором Ивановичем и спросить у него, не видно ли в Феодосийском заливе серебристых чаек. Именно серебристых, а не каких-то еще. В первый раз Федор Иванович сказал, что чаек нет. Во второй раз, что они есть: дескать, три больших и шесть маленьких. Сергей догадывался, что не о чайках, конечно, идет речь, а о чем-то другом, но, понятное дело, ничего уточнять не стал. Так и передал Валентину: три больших чайки и шесть маленьких.