Читаем Горячая афера полностью

Мошенница сдерживалась, запрещая себе сойти с ума, а Танир пытался быть нежным и все контролировать, не понимая, что сейчас ей нужно совсем не это. Одно соблазнительное движение бедер, один призывный стон, и он словно сорвался, с рыком впившись в губы жадным требовательным поцелуем. Сильное поджарое тело, которое, казалось, целиком состояло из жгутов мышц, вдавило в кровать, а Лексии оставалось лишь чуть прогнуться в пояснице, чтобы принять его в себя и раствориться в сумасшедшем желании. Боль смешалась с наслаждением, стало все равно, что зубы оставляют отпечатки на плече. Ритмичные движения становились быстрее с каждой секундой. Дыхание сбивалось, перед глазами темнело, а сумасшедший вихрь желания нарастал и заполнял все вокруг, стирая границы дозволенного, заставляя уже не стонать, а кричать, целовать жарче, впиваться ногтями в ягодицы в попытке быть еще ближе, стать единым целым, чтобы потом вместе сгореть в одном, распыляющем на мельчайшие частицы, взрыве.

Отрезвление приходило медленно. Вместе со злостью на себя и обстоятельства, с усталостью, ноющими мышцами и неясными угрызениями совести где-то в глубине души. Замена Ласто нашлась слишком быстро, видимо, ветреность у Лексии была в крови. И хоть замена эта — на один день, но зато какая! Ноги дрожали до сих пор. Мошенница боялась, что одним разом не обойдется, горячий любовник — это как наркотик, сложно избавиться от зависимости. А иногда «подсесть» можно и с одного раза. Но она надеялась, что, когда зелье выветрится, контролировать себя будет проще.

На то, чтобы привести себя в порядок и внешне и внутренне, Лексии потребовалось минут пятнадцать, не больше. Из ванной комнаты она вышла холодная, сдержанная, и даже бледно-розовый укус на шее пропал, подчинившись воле хозяйки.

Таниру повезло меньше. Он не мог надеть маску, и следы бурно проведенного времени на нем были заметны отчетливее. Взлохмаченные волосы, помятое лицо. Доменус торопливо застегивал рубашку и старался не смотреть на Лексию. Это даже не обижало. Забавило. Мужчины так предсказуемы. Даже этот конкретный, очень занимательный экземпляр. Впрочем, немного досадно все же было. Не на него, а на обстоятельства.

Лексия знала, что это рано или поздно случится, но не так. Должна была быть игра, охота. Чувственный танец, растянутый во времени, и в конце этого танца — заставляющий потерять голову итог. Естественно, по ее замыслу, голову должен был потерять только Танир, а она — разбить еще одно сердце и исчезнуть, оставив после лишь мучительно сладкие воспоминания.

Сейчас же все вышло глупо и страстно, но больше глупо. А еще — спонтанно. Она открылась больше, чем хотела, он увидел больше, чем должен. Придется притворяться, лукавить и делать вид, будто для нее это норма. Ведь он считает именно так, иначе бы не был таким настойчивым.

Они стали жертвами зелья страсти, теперь обоим неловко, непонятно, как вести себя дальше, и неясно, что было истинным удовольствием, а что — влиянием отравы.

— Я… — Танир шумно выдохнул и взъерошил волосы. — Я не должен был…

«Как мило. Он чувствует смущение и способен раскаиваться. Задним числом это всегда делать удобно», — раздраженно подумала Лексия, но сказала совсем другое и непринужденно махнула рукой.

— Ах, доменус! Говорила же, что зелье коварно. Так какой смысл сейчас жалеть о чем-либо? На моем месте могла бы оказаться домена… вы уверены, что это было бы лучше? Я думаю, вам бы даже закончить начатое не дали. Все прервал бы разгневанный отец. Старая как мир схема, которая срабатывает снова и снова. Даже в наш прогрессивный век.

— Нет. Вы говорите ужасные вещи! — Доменуса даже перекосило. — Это трагедия.

— Вот именно поэтому молю вас: будьте осмотрительнее, тогда и мне страдать не придется. А об этом инциденте забыли! И не дай боги, кто узнает! Я не сплю с работодателями и законниками.

— А я не сплю с мошенницами и подчиненными, — парировал доменус. — Поэтому, поверьте, я буду молчать.

— Вот и замечательно! А сейчас нужно найти Мака и Яшму. Мы и так потеряли слишком много времени.

В зале мало что изменилось за время отсутствия Лексии и Танира. На них никто не обращал внимания. Все были заняты неспешными разговорами. Дамы придирчиво изучали соперниц, и Лексия снова ловила на себе завистливые взгляды и слышала шепоток в спину, а мужчины решали вопросы серьезнее. Впрочем, их спутницы тоже отвлекались от сплетен и прислушивались. Мошенница подозревала, что за спинами многих деятелей стояли их темные музы. Они нашептывали правильные ходы, вдохновляли иногда на рисковые операции и двигали выбранного мужчину вперед, к одной лишь им ведомой цели. А мужчины часто даже не подозревали, как сильно обязаны своим успехом женам, любовницам и сестрам.

Сегодня в этом зале решались судьбы мира, заключались выгодные сделки, рождались новые альянсы, обсуждались секретные разработки. Деловые и влиятельные люди прощупывали почву перед саммитом, искали союзников, присматривались к конкурентам.