Читаем Горе от ума полностью

Еще не гласно бы, с ним говорить опасно,Давно бы запереть пора,Послушать, так его мизинецУмнее всех, и даже князь-Петра!Я думаю, он просто якобинец,Ваш Чацкий!!!.. Едемте. Князь, ты везти бы могКатишь или Зизи, мы сядем в шестиместной.

Хлёстова

(с лестницы)

Княгиня, карточный должок.

Княгиня

За мною, матушка.

Все

(друг к другу)

Прощайте.

(Княжеская фамилия уезжает и Загорецкий тоже.)

<p>Явление 8</p>

Репетилов, Хлёстова, Молчалин.

Репетилов

Царь небесный!Амфиса Ниловна! Ах! Чацкий! бедный! вот!Чтó наш высокий ум! и тысяча забот!Скажите, из чего на свете мы хлопочем!

Хлёстова

Так Бог ему судил; а впрочем,Полечат, вылечат авось;А ты, мой батюшка, неисцелим, хоть брось.Изволил вовремя явиться! –Молчалин, вон чуланчик твой,Не нужны проводы, поди, Господь с тобой.

(Молчалин уходит к себе в комнату.)

Прощайте, батюшка; пора перебеситься.

(Уезжает.)

<p>Явление 9</p>

Репетилов с своим лакеем.

Репетилов

Куда теперь направить путь?А дело уж идет к рассвету.Поди, сажай меня в карету,Вези куда-нибудь.

(Уезжает.)

<p>Явление 10</p>

(Последняя лампа гаснет.)

Чацкий

(выходит из швейцарской)

Что это? слышал ли моими я ушами!Не смех, а явно злость. Какими чудесами,Через какое колдовствоНелепость обо мне все в голос повторяют!И для иных как словно торжество,Другие будто сострадают…О! если б кто в людей проник:Что хуже в них? душа или язык?Чье это сочиненье!Поверили глупцы, другим передают,Старухи вмиг тревогу бьют –И вот общественное мненье!И вот та родина… Нет, в нынешний приезд,Я вижу, что она мне скоро надоест.А Софья знает ли? – Конечно рассказали,Она не то, чтобы мне именно во вредПотешилась, и правда или нет –Ей всё равно, другой ли, я ли,Никем по совести она не дорожит.Но этот обморок, беспамятство откуда?? –Нерв избалованность, причуда, –Возбýдит малость их, и малость утишит, –Я признаком почел живых страстей. – Ни крошки:Она конечно бы лишилась так же сил,Когда бы кто-нибудь ступилНа хвост собачки или кошки.

София

(над лестницей во втором этаже, со свечкою)

Молчалин, вы?

(Поспешно опять дверь припирает.)

Чацкий

Она! она сама!Ах! голова горит, вся кровь моя в волненьи.Явилась! нет ее! неýжели в виденьи?Не впрямь ли я сошел с ума?К необычайности я точно приготовлен;Но не виденье тут, свиданья час условлен.К чему обманывать себя мне самого?Звала Молчалина, вот комната его.

Лакей его

(с крыльца)

Каре…

Чацкий

Сс!..

(Выталкивает его вон.)

Буду здесь, и не смыкаю глазу,Хоть до утра. Уж коли горе пить,Так лучше сразу,Чем медлить, – а беды медленьем не избыть.Дверь отворяется.

(Прячется за колонну.)

<p>Явление 11</p>

Чацкий спрятан, Лиза со свечкой.

Лиза

Перейти на страницу:

Все книги серии Азбука-классика

Город и псы
Город и псы

Марио Варгас Льоса (род. в 1936 г.) – известнейший перуанский писатель, один из наиболее ярких представителей латиноамериканской прозы. В литературе Латинской Америки его имя стоит рядом с такими классиками XX века, как Маркес, Кортасар и Борхес.Действие романа «Город и псы» разворачивается в стенах военного училища, куда родители отдают своих подростков-детей для «исправления», чтобы из них «сделали мужчин». На самом же деле здесь царят жестокость, унижение и подлость; здесь беспощадно калечат юные души кадетов. В итоге грань между чудовищными и нормальными становится все тоньше и тоньше.Любовь и предательство, доброта и жестокость, боль, одиночество, отчаяние и надежда – на таких контрастах построил автор свое произведение, которое читается от начала до конца на одном дыхании.Роман в 1962 году получил испанскую премию «Библиотека Бреве».

Марио Варгас Льоса

Современная русская и зарубежная проза
По тропинкам севера
По тропинкам севера

Великий японский поэт Мацуо Басё справедливо считается создателем популярного ныне на весь мир поэтического жанра хокку. Его усилиями трехстишия из чисто игровой, полушуточной поэзии постепенно превратились в высокое поэтическое искусство, проникнутое духом дзэн-буддийской философии. Помимо многочисленных хокку и "сцепленных строф" в литературное наследие Басё входят путевые дневники, самый знаменитый из которых "По тропинкам Севера", наряду с лучшими стихотворениями, представлен в настоящем издании. Творчество Басё так многогранно, что его трудно свести к одному знаменателю. Он сам называл себя "печальником", но был и великим миролюбцем. Читая стихи Басё, следует помнить одно: все они коротки, но в каждом из них поэт искал путь от сердца к сердцу.Перевод с японского В. Марковой, Н. Фельдман.

Мацуо Басё , Басё Мацуо

Древневосточная литература / Древние книги
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже